Весь этот мир не ты

Я мотаю головой, прогоняя глупые мысли и сомнения, и захожу в последнюю душевую кабинку. Делаю воду почти комнатной температуры, лишь чуть теплее, желая получить заряд бодрости и смыть липкий пот. Вода приятно бьёт по коже, струйками стекает по изгибам тела. Такое простое и расслабляющее удовольствие. Мысли из головы словно утекают вместе с ней и закручиваются в воронку под моими ногами, ускользая в канализацию.

Вдруг дверь резко распахивается, кожу обдает зябким порывом сквозняка. А рот мой открывается в немом крике, так как в душевую ко мне вламывается Никита и резко щелкает дверным замком, отрезая нас от реальности.

8. Нет

-Привет,– и без того черные глаза превращаются в угольные воронки, жадно втягивающие в себя вид моего обнаженного тела, которое я безуспешного пытаюсь прикрыть.

Я начинаю кричать, но Ник одним молниеносным движением преодолевает расстояние между нами и закрывает мой рот своей рукой, так что зубы впиваются в его ладонь. Я чувствую языком вкус его кожи, ощущаю, как сильное тело вдавливает меня в кафельную холодную стену, вижу, как вода стекает по его лицу, попадая в глаза.

–Тшшш, не ори…– его голос на удивление спокойный, взгляд перемещается на мой рот, зажатый его ладонью,– Я ничего тебе не сделаю…Просто поболтаем. Хорошо?

И вопросительно смотрит на меня. Я лишь ошарашенно хлопаю широко раскрытыми глазами. Поболтаем? Я голая, твою мать! В душе! Другого места поболтать не было? Я возмущенно мычу, но это не тянет на согласие.

Не дождавшись от меня положительного ответа, Аверин заговаривает снова.

–Так ты не будешь кричать? Кивни.

Я медленно киваю, и он опускает ладонь. Но не отходит. Я до сих пор зажата между горячим телом и кафельной стеной. Так сильно, что, если решу подогнуть ноги, наверно просто повисну в воздухе. Минус: на два человека у нас всего один предмет одежды- его плавательные шорты. Плюс: так меня невозможно разглядывать.

–Что ты творишь, придурок? – шиплю Нику в лицо, впервые чувствуя, как лихорадочный румянец заливает все тело, а не только лицо,– Убирайся.

Аверин лишь мимолетно улыбается, а через секунду одна его рука обхватывает мой затылок, фиксируя голову, а пальцы второй впиваются в бедро.

–Он же тебе даже не очень-то нравится. Зачем? – Никита будто не слышит меня.

Я и сама перестаю слышать, так как в ушах кровь шумит сильнее, чем льющаяся вода.

–Что? – я даже не сразу понимаю, о чем он.