Золотые земли. Птицы Великого леса

 – Такой прохвост кому угодно запудрил бы мозги…

Она испугалась самой себя. Отчего вдруг снова заговорила о Милоше безо всякой причины? Зачем вспомнила? Зачем вслух назвала его имя?

– Хотя, может, даже у него ничего бы не вышло, – продолжила она с нарочитым равнодушием. – Ты совсем не знаешь князя, Веся.

– А ты знаешь?

Раздался стук в дверь.

– Весняна! Ты здесь? – Дара сразу узнала голос Стрелы. Он звучал взволнованно, даже испуганно.

Девушки не успели и слова сказать, а дружинник снова обрушил кулаки на дверь.

– Веся!

– Здесь, здесь, – сестра вскочила с кровати, метнулась сначала встретить жениха, но остановилась у самого порога. – Обожди.

В суматохе девушки забегали по ложнице, быстро оделись в чистые платья, но, когда Дара уже хотела поднять затвор, Веся остановила её.

– Подожди. Я же без обручьев.

– И что?

– Это знак помолвки!

– Твой жених ждёт, открывай скорее, – прошипела раздражённо Дара.

– Как же я без украшений?

– Открывай давай.

Пришлось подтолкнуть Весю к двери, она ни с того ни с сего засмущалась своего простого вида, словно не прошла вместе со Стрелой всю дорогу от Совина до Лисецка и жених не видел её уставшей, замёрзшей, грязной и голодной.

А Стреле и вправду не было дела до обручьев. Стоило двери отвориться, он ворвался в комнату, оглядел невесту с головы до ног и прижал к груди.

– Слава Создателю, – выдохнул он, уткнувшись носом в висок Веси.

Даре стало неловко. Она отвернулась, как если бы происходило что-то непристойное.

Ей хотелось уйти прочь, а то и исчезнуть вовсе.

– Что случилось? – спросила она сухо.

Стрела поднял голову. Не выпуская Весняну из объятий, он погладил её по голове, как маленькую девочку.

– В городе беспорядки, вы не слышали?

Веся отпрянула от юноши, заглянула ему в глаза.

– Что?

– Сегодня князь судил фарадалов, которые покушались на его брата. Говорят, они прокляты, – Стрела говорил быстро, проглатывал половину звуков. – Ну и вывели их на лобное место, народ собрался, князь огласил, значит, приговор, что за такое одно наказание – смерть.

Палач уже вышел. И тут из толпы мальчишка выбежал, фарадальчонок, он из этих, из того же табора, племени, значит, и ножом в князя.

– Что?

– Говорю же, ножом в князя, прямо под рёбра, заправски так, умело, знает дело. Рука у сучонка твёрдая. Мальчишку в темницу, а князя сюда. В городе беспорядки. Народ фарадалов на куски разорвал, ни палач, никто не уберёг. А потом на беженцев пошли. Там бойня.