Посмотри, наш сад погибает

– О княжении? – робко спросила Велга.

Мужчины могли спорить бесконечно, это она давно поняла. И ей, как женщине, стоило бы проявить терпение. Но ждать более казалось невыносимым.

– О, юная господица желает стать княжной? – Инглайв наконец снова обратил на неё внимание, и высокомерие на его лице сменилось ехидством, но таким очаровательным, что Велга даже не обиделась. – Не боится ли господица бремени власти?

– Господица ничего не боится, – вздёрнула нос Велга.

Лендрман раскатисто захохотал:

– Ох, господица Велга, не подумай, что я смеюсь над тобой.

Мне весело потому, что в Рдзении такая смелость у женщин – редкость. Верно, в тебе говорит северная кровь.

– Почему это? – снова надулся отец. – У нас весьма…

– Отец! – не выдержала Велга. – Так о чём речь? Как я могу стать княжной?

Кажимеж и Инглайв переглянулись, наконец посерьёзнели и вернулись к разговору.

– Твой будущий муж, Оддбьёрн Раннвайг, – наместник в Ниенскансе, – отец говорил с ней как с маленькой, точно сама Велга не знала, кем был её жених.

 – Но его не совсем устраивает положение. У Оддбьёрна не самое благородное происхождение, зато есть влияние, деньги и верные люди.

– Как и у твоего многоуважаемого отца, – добавил с ухмылкой Инглайв. – И это помимо твоего имени. Всё же Буривои – князи по крови, пусть и зваться им так запрещено. Но все и в Старгороде, и на севере помнят, кто такие Буривои. Мой названый брат хочет объединить силы с вами.

– Чтобы…

– Закончить эту глупую войну, – помрачнел отец, и Велга догадалась, что он вспомнил своих старших сыновей.

Он единственный из семьи видел сыновей, когда их привезли домой. От Мухи Велге удалось узнать, что тела братьев были страшно, до неузнаваемости изуродованы. Матери и детям позволили увидеть их только в закрытых гробах.

– Старгороду мешают чужие распри. Нам они не нужны.

– Поэтому будет лучше, если Старгород и Ниенсканс объединятся, – кивнул Инглайв. – На нашей стороне деньги и сила. Рдзения и Ратиславия ослабли от войн.

Они не будут готовы к отпору.

– Так вы хотите воевать с Рдзенией и Ратиславией?

Даже Рыжая почувствовала беспокойство Велги и зарычала, глядя куда-то в глубину сада.

– Напротив, – прошептал отец и наклонился, точно опасаясь, что их услышат, хотя рядом никого не было. – Мы хотим остановить эту войну. Старгород страдает под пятой Ратиславии и Рдзении. Белозерские обещали, что наши земли не затронут ни во?йны, ни раздоры. Что мы будем в безопасности.