Три шага до Мрака

– Ты всё-таки едешь?

Чего?!

– Марк?

Я захлопнула холодильник.

– Да, я.

– Откуда ты узнал?

– Я рад, что ты едешь.

Какое самодовольство и уверенность! И как он мог узнать? Но… если бы не он, я бы не изменила решения, ведь так?

– Окей.

– Наверное, сегодня нехорошо вышло…

– Ребятам пофигу. Если вместо тебя манекен поставить, они разницы не заметят.

– Это хорошо, – голос был выверено ровным.

– Ничего хорошего. Ты же совсем один, – я осеклась.

Ох, зря я это сказала.

Он долго не отвечал.

– Увидимся завтра.

Наклонившись, я снимала ботинки перед своим шкафчиком и только собиралась сунуть левую ногу в кеды, когда ко мне подошли серые вытертые джинсы. Обувь тоже не подвела: неброские, но стильные боты из серой замши. Я подняла взгляд, и, потеряв равновесие от удивления, оперлась о соседний шкафчик.

– Ого, ты чего это?

Я уже немного привыкла к Марку за последние пару дней: его форма всегда была аккуратной, а рубашка – белоснежной, как и кеды.

И волосы. Вчера они были несколько длиннее, чем обычно носят парни в школе, но не настолько, чтобы шутить про патлатость. Сегодня же волосы были длиннее значительно. А у висков и на затылке выбриты. И дорого уложены. Есть такие укладки, которые никогда себе сам дома не сделаешь. Им место в сериалах и на подиумах.

Марк, мать его, улыбался, пока я от удивления то открывала, то закрывала рот. Этот сукин сын был действительно хорош.

В школу было принято ходить в форме.

Мне за десять с лишним лет учёбы форма набила оскомину, и в то же время стала такой неотъемлемой частью жизни, что я даже порой впадала в ступор в выходные: а что надеть-то?

С формой всё было просто.

С личными вещами – очень сложно.

Конечно, никаких зверств типа запрета косметики или регламента о длине волос никогда не существовало… Но форменные юбка или брюки и пиджак были мастхэв. Чтобы прийти в повседневной одежде в школу, нужна была веская причина…

В нормальной ситуации вокруг Марка уже собралась бы толпа.

– Считай, что это бунт, – он подхватил мои грязные ботинки, засунул их в шкафчик и закрыл его. Бесчисленные феньки на одной руке с часами тихонько звякнули от резкого движения, и я невольно залипла, глядя на них.