Жила-была квартирка

Что мы имеем? Черный цвет, поглощающий весь видимый свет как сумму всех видимых цветов.

– М-да. Перспектива, однако. И картинка сразу такая, как мы все в один прекрасный день поглощаемся либо сковородкой нашей чугунной, либо картиной, – поэтично отметил один из стульев.

– Для этого, наверное, и повесил, – тут же нашелся холодильник. – Догадывается, поди, что много тут болтологии лишней происходит, пока дома никого нет.

– О! Коралловый! Наконец! – искренне обрадовался за холодильник тот же стул. – Значит, могёшь все-таки.

Так держать!

– Нет, тогда это была бы черная дыра, – заметил другой стул своему собрату. – Помнишь, мы о ней передачу смотрели?

– Помнить-то помню. Но тем не менее это какой-то символ получается. Символ «ничего».

– Или скорее «ничего лишнего», – поддержал его стол.

– А вот я бы гробовую тишину предпочел этой неуемной трескотне, которая здесь зачастую творится, – сказал коралловый из своего угла.

– Ну что поделать, коралловый. Каждый трещит как может. И каждый, наверное, хочет так или иначе высказаться, как и ты сейчас тоже имеешь эту возможность.

– Так я по необходимости, – засмущался холодильник.

– По необходимости, коралловый, тут только сковородка говорит и молотилка. И картина явно тоже из их числа. Слушайте, а другие картины не рисуют разве? Рисуют же. Почему же тогда вот эта? Ну повесил бы какую-нибудь другую, глубокомысленную, что ли. В изощренных деталях там да позамысловатее, и каждая из которых что-то да и объясняет. И нет, не то чтобы я не рад твоему присутствию, картина.

Просто мне интересно, почему именно ты, – не унимался один из стульев.

– Тогда это был бы уже не Боцман, – задумчиво отметила посудомойка и была совершенно права, ибо стол кое-что вспомнил.

– Ах да, точно. Боцман же говорил однажды на тему картин. Разделял их на примитивизм, извращенизм, красотизм и гениализм. Помните? Тогда и квадратик упомянул в категории гениализма.

– Я во всяком случае нет, – ответил диван и поинтересовался: – А под другими что подразумевал?

– Красотизм – когда рисуют красоту, примитивизм – когда людей с мобильными телефонами в руках и направляющихся в пропасть.

Сам, говорит, набросок делал когда-то, глубокомысленный, на тему семи грехов. Но в общем. Извращенизм – когда рисуют херню, чтобы нарисовать херню, и очень хорошо это делают. И обычно это несет в себе много красок, много деталей, много всякой херни, что отвлекает от мысли, что в этой картине на самом деле ничего нет.