Учитель из будущего

Дедушка же сидел у дальней стены и что-то стругал маленьким ножом.

Дуйшен поздоровался, и Кенжебек усадил его рядом со своим отцом.

– На меня сегодня в поле напали разбойники – хотели нашу лошадь увести. А главное, мне показалось, что это наши же сарыбагыши, скорее всего из дальних кочевий, – заявил Кенжебек.

– Какие соседи пошли, – заохала мать, – лихое время наступило, сосед идет на соседа, брат на брата.

– А Дуйшен, этот баатыр, вступился за меня и одной лишь палкой всех троих разбойников обратил в бегство.

Говорит, в далеких землях научился так лихо сражаться, – начал рассказывать Кенжебек. – Сегодня у нас праздник, я зарежу в честь него самого жирного барана! Дуйшен, друг! Я живу небогато. У меня из скота только одна худая лошадь, да десяток овец. Но для тебя мне теперь ничего не жалко! Будь моим гостем! Садись и отдыхай, а я быстро за бараном. – И, взяв большой нож, Кенжебек вышел из юрты.

Минут через двадцать мясо уже закладывали в казан. Кенжебек, судя по быстроте разделки барана, знал свое дело хорошо.

Бешбармак был добротным, мяса было вдоволь.

– Жены у меня уже нет, болезни часто уносят у нас даже молодых. Зато у меня остались две красавицы-дочери: Акылай и Саадат. – рассказал Кенжебек. – Они еще маленькие, играют где-то на улице, на ужин зовешь – не накричишься, придут, когда сами проголодаются.

В это время к Дуйшену обратился дед Бейшен.

– Если ты кыргыз, откуда ты, из какого роду-племени? Что делаешь в этих краях без лошади? – спросил он, потягивая свой горячий сорпо[5 - Бульон (кырг.

)].

По пути сюда Дуйшен уже успел придумать себе легенду. Правду, что он прилетел из будущего, рассказывать, конечно же, было бесполезно – все равно не поймут и не поверят. Пришлось сочинить наиболее правдоподобную историю.

– Да, я кыргыз, но я не помню, откуда я, – начал свою легенду Дуйшен.

Он пока не хотел говорить, что он из иссык-кульских саяков и прекрасно знает своих предков до седьмого колена. Кто знает, а вдруг они враждуют, может сложиться неудобная ситуация.

Ладно, Кенжебек, но другим в селении может не понравиться.

– Когда я был маленький, – продолжил агай, – на наш род напали враги и мою семью перебили, а меня продали в рабство проходящим мимо караванщикам. Так я и вырос у них, помогал погонять верблюдов и прожил с ними больше двадцати лет. Я много путешествовал с этими торговцами: видел Китай, Индию, Персию, земли арабов и османов. Еще много бывал на западе у италийцев, франков, голландцев, германцев и англов.