Сквозь сияние мерцающих звезд

От увиденного мне стало не по себе, картина буквально разрушила ощущение лесного очарования, отозвавшись неприятными позывами в области желудка. А запах стоял поистине отвратительный. Хилда прикрыла рот ладонью.

– Кто это мог сделать? – пробубнила она, морщась.

– Хищник? – предположил я, без промедления, самое очевидное. – Волк, может?

– Ты слышал волков? А, даже если и так, тогда почему волк бросил убитую тушу?

– Логично, – произнес я. – Но что тогда?

Хилда покачала головой.

– Не знаю, – сказала сестра.

 – Но, что бы то ни было, не хотелось бы встречать это на пути. Пойдем скорее отсюда.

– Не стану возражать.

Мы поспешили прочь от жуткого трупа оленя, который лежал в лесу со вспоротым горлом, но то нечто, что сотворило это с несчастным лесным созданием, похоже, жаждало лишь одного: его крови. И ничего, кроме крови. Что за монстр должен подобного жаждать? Явно не волк, явно не человек, ибо и тот, и другой убивают оленей ради мяса или шкуры. Поначалу я и не предполагал, что за существо напиталось оленьей кровью.

Судя по виду тела, произошло убийство не далее, как пару дней тому назад. А, в это время, мы уже были здесь, в Лесу Дождей. Выходит, нечто жуткое бродит здесь, а мы и не знаем, что это и где оно. Мурашки побежали по коже.

– Поскорее бы лес закончился, – сказала Хилда, испытывая примерно те же ощущения, что и я.

– Поскорее бы, – я согласно кивнул.

Мы оглядывались по сторонам теперь, шагая. Я никак не мог выкинуть из головы картину лежащего на траве мертвого оленя.

Солнце опять укрылось за облака.

Я припомнил фермерские легенды, казавшиеся несуразными, на первый взгляд. Но, неужели, они и в правду знали что-то, видели что-то?

Пение птиц сумело успокоить нас, хотя бы немного. Меня, по крайней мере, успокоило.

Небольшой перерыв, чтобы напиться воды. А потом показалась опушка. Лес закончился. Этот переход отнял у нас чуть более четырех дней, что оказалось не так долго, как я полагал.

Выйдя из-за череды осин и лип, мы поняли, что время близится к вечеру.

Уже совсем скоро сгустятся сумерки.

– Знаешь, – проговорила Хилда. – А ведь мы никогда не заходили так далеко на запад.

– Мы никогда не были дальше леса, – я кивнул. Эти слова сестры заставили меня почувствовать… то, что я бы мог описать, как волнение. Прежде мы шагали по дорожкам, которые уже видели, миновали места, которые посещали, хотя бы в самом детстве. Но теперь знакомые пространства остались за нашими спинами.