Мой самый-самый…

– Что ж, приступим, – откашливается Коц в кулак где- то в другом конце кабинета, – Итак, у нас выигран тендер на проведение аттестации сотрудников «Сбербанка». Эмма Ефимовна…

Перестаю слушать слова – в них пока нет ничего, касающегося непосредственно моей работы, лишь мысленно покачиваюсь на приятном бархатном голосе Ариэля. Он у него плавный, глубокий, уверенный, очень запоминающийся. Не исключаю, что это не природный дар, а результат каких-нибудь пройденных курсов ораторского мастерства. И я не могу сейчас не думать о том, что, когда Коц возбуждается, его голос звучит совсем по-другому.

– Елизавета Тиграновна…

– Да? – резко вскидываю голову, встречаясь с Коцем взглядом.

– Вы внесли в сайт изменения, – говорит ровно, откидываясь в своем глубоком кресле и складывая пальцы домиком.

– Да…– киваю, не совсем понимая по его тону, это претензия, похвала или просто констатация факта.

Молчит, смотрит в упор, словно разглядывает пришпиленную булавкой бабочку. Непроизвольно облизываю губы, выдерживая его взгляд. Глаза всех присутствующих сейчас направлены на меня. Это внезапно тяжело выдерживать. Пауза затягивается, я уже было открываю рот, чтобы начать оправдываться, потому как чувствую себя неловко, но Ариэль вдруг расплывается в скупой одобрительной улыбке.

– Неплохо сделано, ваша идея?

– Мы согласовали с Ириной Владимировной, – чувствую, что розовею от его похвалы при всех. Как ни крути – приятно.

– Ясно, – кивает коротко, – Ирина Владимировна…

И переключается на мою начальницу, уже интересуясь чем-то у нее. Оставшиеся пятнадцать минут рассеянно слушаю, как Коц нарезает начальникам отдела задачи. И не могу избавиться от ощущения, что заговорил он со мной только для того, чтобы заставить посмотреть ему в глаза.

Когда совещание заканчивается, и Ариэль всех отпускает, подскакиваю со стула одна из первых. И, как оказывается, зря. Потому что в ту же секунду он просит меня задержаться совершенно бесстрастным тоном. Падаю на стул обратно, пока остальные сотрудники гуськом выходят из кабинета. Нервно тереблю листочек из блокнота, наблюдая за Ариэлем, сидящем во главе стола в доброй тройке метров от меня.