Мой (не)выносимый сосед

– Кому звонишь?

– Алло, полиция?! – вместо ответа пищу в динамик, вжимаясь в стену, – Пишите адрес! У меня тут незаконное проникнове…

Договорить не успеваю, потому что Сашка подлетает ко мне за секунду, выхватывает телефон и…ржет!

– С ума сошла? Какая полиция?! Незаконное у нее проникновение…– угорает с нахохлившейся меня.

– А ну быстро телефон вернул! – сначала пытаюсь дотянуться до телефона, хватаясь за его джемпер и руки, но он просто каланча какая-то!

Задрал вверх левую руку и, лениво посмеиваясь, наблюдает, как я пытаюсь на него вскарабкаться как обезьянка на пальму.

Унизительно! И вообще странное ощущение – будто судорожно обниматься к нему лезу… Поэтому я бросаю это бесперспективное занятие и от бессилия возмущено топаю ногой.

– Еще и воруешь, – тихо рычу.

– Не ворую, а изымаю до окончания проведения следственных мероприятий, – не устает угорать он. А после мне и вовсе прилетает снисходительное поглаживание по голове!

– Остынь сначала, Лиз. С проникновениями своими…Не будет в тебя никто проникать.

Саня фыркает и отходит от меня на пару шагов, перестав наконец нарушать мое личное пространство и давая возможность вдохнуть не только запах его туалетной воды. Тщательно поправляет черный джемпер, задравшийся на талии от моего нападения, и демонстративно прячет телефон в задний карман джинсов.

Опускаю глаза, кусая щеку. Потому что – вот гадство – джемпер он уже одернул, а его золотистый живот с узкой полоской жестких волос, уходящей под ремень, я словно вижу до сих пор.

– Обсудим ситуацию – верну, – чуть склоняет голову Сашка, его взгляд застывает на моем лице.

Так как я свой опустила – я не вижу, куда именно он смотрит, но ощущаю направление щекочущим теплым покалыванием на моей коже.

Повисает небольшая пауза. Душная. Неоднозначная. Смутные воспоминания накатывают вдруг. Еще те, летние…От них заполошно заходится сердце и тело будто тяжелеет, подчиняясь тысячам бегущих по нервным окончаниям электрическим разрядам.

И только в этот момент ощущение реальности происходящего накрывает меня похлеще, чем цунами во сне.

Мы одни в квартире. Глубокая ночь. И это тот самый человек, которого я думала, что больше вообще никогда не увижу. Который так легко развел меня на близость. Хотя, честно говоря, я и рада была подыграть. Который утром даже «пока» не удосужился сказать!

А сейчас…

На мне только тонкая белая шелковая сорочка, отороченная легкомысленным кружевом, а его взгляд медленно путешествует от моего лица ниже.