Полное собрание сочинений

– Какой ты все же злой! Вечно ты умнее всех на свете! Ведь я тебе от чистого сердца говорю, о твоем здоровье забочусь! А ты мне: «Избавь меня от твоих дурацких проповедей!» – процедила она с обидой.

– Благодетельница! Не нужна мне такая заботливость! Для меня было бы гораздо больше пользы, если бы ты дала мне спокойно чай допить! – ответил ей тем же тоном Калинич, резко отодвигая чашку с остатками лимона.

– Ты всю жизнь так со мной! Только для себя живешь! Забываешь, что у тебя есть семья, о которой ты заботиться обязан! Тебя, говорят, директор вызывал, повысить тебя хотел – это верно? – со слезами в голосе спросила Лида.

– Что верно, то верно. Предлагал, – подтвердил Леонид Палыч.

– А ты ему что? – спросила Лида, глядя на него глазами, полными слез.

– Ничего. Послал его «лесом». Не нужны мне такие повышения, – отрезал Калинич.

– Да как же ты мог отказаться от продвижения по службе? Тебе человек предложил высокую должность, почет, уважение и, самое главное, зарплату! Посмотри, в чем мы ходим! А мебель какая у нас? И ремонта в нашей квартире лет десять уже не было! Ты об этом подумал?! – исступленно выкрикнула Лида и в плаче закрыла лицо руками.

Она бессильно опустилась на стул и уронила голову на стол. Ее спина и затылок сотрясались от беззвучных рыданий. Калинич терпеть не мог женских слез. Ему захотелось обнять жену и простить ей все капризы, все ее сволочные каверзы, колкости и жестокие, беспощадные насмешки.

Он встал и подошел к ней вплотную, но Лида в остервенении оттолкнула его. Это было последней каплей, переполнившей чашу его адского терпения. Калинича прорвало.

– Не знаю, кто и в каком ключе дает тебе информацию о том, что делается у меня на работе! Ты бы мне хоть один вопрос задала по-человечески! А то упрекаешь, будучи совершенно не в курсе того, что и на каких условиях мне предложили! По части упреков тебе равных нет! Кстати, мы с Бубрынёвым говорили один на один, без свидетелей.

Не думаю, чтобы он сам тебе сообщил о сути нашего разговора. А тот, кто тебя против меня науськивает, провоцирует между нами скандалы – полный негодяй! Так и скажи ему! Или, быть может, ей – не знаю! – гневно выкрикнул Калинич.

– Все удивляются, что ты мог так дерзко и грубо, притом перед самой пенсией, плюнуть в лицо такому человеку! – выпалила Лида, обратив к мужу гневное раскрасневшееся лицо, мокрое от слез.