Макс

– Вообще-то я как раз хотела с тобой об этом поговорить, – аккуратно начала, нервно теребя пуговицу на его рубашке.

– Завтра и послезавтра я буду все время в студии, у меня там очень много дел, в пятницу вечером запись передачи на кабельном, а потом…,-я вдохнула набирая воздух, – А потом у меня в воскресенье у папы день рождения, и я уеду к родителям на все рождество.

– Но ведь до него еще неделя, – нахмурился Родэн.

– Меня Билл отпустил еще давно, так что на две недели получается.

Макс молчал, тяжело смотря на меня исподлобья.

– Ну так вот, – продолжила я, выдерживая его свинцовый взгляд, – Поедешь со мной?

У Родэна по лицу промчался целый табун эмоций: удивление, растерянность, нерешетильность, задумчивость быстро сменяли друг друга.

Под конец он рассмеялся:

– Ты удивительнейший человек, Лора, ты знаешь об этом?

– Знаю, – произнесла я, – Но интересно твою версию почему послушать.

– Потому что на ночь мне остаться нельзя, так как по твоему мнению рано, а к родителям значит в дом на все праздники притащить можно.

Железная логика.

– Нууу, там же не только они будут… Еще мои браться приедут, и дядя Вернон, – протянула я, обвивая его шею, – Поехали, а? Столько Линов под одной крышей, да ты от счастья умрешь!

– Или от сердечного приступа, – возразил Макс себе под нос.

Потом помолчал, посерьезнев, и внимательно посмотрел мне в глаза:

– И в качестве кого я туда поеду?

Я опешила, над определением я как-то не думала, ну…это же Макс, в моей голове это все объясняло.

– В качестве любимого человека, – пожала плечами я.

– Это не статус, – ответил Родэн, – а бойфрендом каким-то непонятным перед твоим отцом я не появлюсь.

– Почему?

– Потому что это все равно, что сказать: здравствуйте, я сплю с вашей маленькой прицессой, но брать отвественность за нее не собираюсь.

Я с интересом посмотрела на Родэна, никогда не думала об этом так, но самое смешное, что папа бы сейчас с ним согласился.

Может и правда мы выбираем мужчин, похожих на наших отцов? Мой, например, еще тот любитель домостроя. В детстве и подростковом возрасте это жутко бесило, а в итоге сижу сейчас на коленях у еще более властного и упрямого мужчины. И папа действительно называет меня своей маленькой принцессой.

– И что ты предлагаешь? – тихо спросила я, продолжая мучить бедную расстегнутую пуговку.

Макс молчал. Его взгляд нервно загорелся.