Все останется в прошлом

Почти каждый вечер ровно в шесть она появлялась на пороге и неизменно со словами:

– Светулечка, здравствуй. Как поживаешь? – И тут же обращалась ко мне: – А ты, милочка, сделай мне кофе, только не как в прошлый раз, свари нормальный.

Я пыталась возразить, что не против того, чтобы сварить кофе и сообщала:

– Аделина Петровна, у нас кофе-машина, она сварит. – Тут же вставала и шла в кухню.

Света виновато смотрела на меня и порывалась побежать за мной, но Аделина ее останавливала и говорила:

– Света, останься, мне надо с тобой поговорить.

Когда я приносила кофе, она снова критиковала мои способности и увещевала, как можно держать таких неумех на такой важной работе!

Я потихоньку начала догадываться, почему уволилась предыдущая помощница и однажды даже спросила у Светы:

– Скажи, а Наталье, что работала до меня, сколько лет?

– Тридцать два, – ответила Света и удивленно посмотрела на меня.

– А она симпатичная?

– Ну так, ничего. А что? – Она озадаченно нахмурилась, видимо, не поняла, зачем я спрашиваю об этом.

– Да нет, ничего. А она замужем?

– Нет, она в разводе, – вздохнула Света и тут же села на любимого конька, уж больно любила посплетничать: – На самом деле она была не таким уж хорошим специалистом. Зато ноги от ушей, и юбки всегда короче некуда…

– Понятно, пойду кофе налью, – перебила я ее. Этого я не любила, потому прекратила не очень приятный словесный поток молодой секретарши.

В общем, Аделина сюсюкала со Светой, а меня третировала всеми возможными способами.

Пойти к Рубцову не решалась, это не поможет. Она его жена, и он всегда будет на ее стороне. Да и жаловаться не хотелось.

Поэтому я обратилась к Свете с очень осторожным вопросом:

– Может, ты подскажешь, как повлиять на отношение Аделины Петровны ко мне? Думаю, я недолго выдержу ее нападки.

Света посмотрела с пониманием и виновато улыбалась:

– Ой, не говори, характер у нее ужасный.

– Так что же мне делать?

– С ней можно только лестью. Это точно сработает, уж я-то знаю.

Мне не понравилось такое предложение, о чем я и сказала:

– Знаешь, я не смогу перед ней лебезить, – твердо сказала я и вздохнула. – И льстить не умею.

– Ну что я могу сказать? Тогда терпи, сколько сможешь.

На следующий день меня уволили.