Пропащие

Избаловал он ее, или характер такой?

Денис вздохнул, как надоели случайные заработки! Вот бы бросить все и начать нормальную жизнь. Дать Поле хорошее образование и самому выучиться наконец на историка, хотя в тридцать лет уже, наверное, поздно. А он ведь с самого детства любил историю, в школе назубок знал все даты, все важные исторические события, всех монархов, и всегда мечтал преподавать в каком-нибудь университете историю или философию. А он что? После детдома отучился на компьютерных курсах и с тех пор за гроши работает в маленькой, скромной фирме программистом, а в свободное время занимается разводом богатых мужиков на бабки.

Он – мозг, Поля – инструмент. Да и не развод это вовсе, а банальное воровство.

И все-таки главное – это будущее сестры, а потом уж новая жизнь. И на то, и на другое нужны большие деньги, так что, никуда не денешься, на нормальную жизнь надо сначала заработать.

А может, это и есть нормальная жизнь? Их жизнь, их судьба. Как там у философов? Жизнь прекрасна во всех ее проявлениях.

– Поехали быстрей!

Дверца открылась, и на соседнее сиденье плюхнулась Полина. Денис мгновенно среагировал и, запустив движок, дал по газам.

– Как прошло?

– Нормально. Поехали, сначала поедим, – предложила Поля. – Есть очень хочется.

Она сняла парик и, вытащив пару шпилек, тряхнула головой, по спине рассыпались светло-русые, длинные волосы.

– Нет, сначала сделаем дело. Взяла кредитки?

– Да, – Поля довольно похлопала по сумочке, – Ладно, кредитки, так кредитки.

Тогда гоним в ближайший банкомат, а потом в ресторан.

– В ближайший не поедем, – снова возразил Денис. – Сумма большая, надо, чтобы народа было поменьше. Да и от места преступления лучше уехать подальше.

– Ла-а-дно, – протянула Поля и, глянув в окно, зевнула.

На Питер опускалась непривычно темная и звездная ночь, лишь фонари, стоящие вдоль набережной, мелькали мимо яркими вспышками и красиво отражались в воде, навевая романтику.

Белые ночи закончились, июль радовал нежарким теплом и приятными прохладными вечерами. Поля вздохнула, в такие моменты почему-то становилось грустно и скучно, а так хотелось чего-то необыкновенного, волшебного, веселого…

Поддавшись настроению, она тихонько замурлыкала себе под нос:

– Ложкой снег мешая, ночь идет большая,

Что же ты, глупышка, не спишь?

Спят твои соседи, белые медведи,

Спи и ты скорей, малыш.