Дело прокурора

Левашов схватился за голову:

– Зачем я согласился взяться за это дело? Лучше бы в областную прокуратуру отдали, случилось ведь это в доме убитого, за городом. Так нет. Настояли! Важный человек! Уважаемый! Я имею в виду отца этого мальчика.

Адамова передернуло, но он сдержался. Все ясно! Просто хотели, чтобы Загородняя получила по полной, потому и настаивали, чтобы дело взял он – прокурор с репутацией безжалостного и принципиального обвинителя.

– Алексей, – Левашов поднял голову и посмотрел на прокурора, в глазах плескалась надежда, – а ты уверен, что репетиторша не виновна? А если в итоге окажется, что это все-таки она убила?

– Нет.

– Ладно, – обреченно вздохнул тот. – Жду от тебя документы для опротестования приговора и проведения дополнительного расследования.

– Вот, уже все готово, Роман Федорович, – Адамов один за другим достал два листка и положил перед начальником. – Ходатайство на возврат уголовного дела на доследование и заявление об отмене судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам. Нужна только ваша подпись.

Левашов всмотрелся в один листок, то приближая его к глазам, то относя подальше, потом взял другой, пошевелил губами, затем пощипал себя за усы.

– Ох, Алексей Сергеевич, без ножа ты меня режешь, – нехотя подписывая документы, проворчал Левашов.

– Ну, вообще-то, я впервые прошу возобновить расследование для того, чтобы оправдать обвиняемого.

– Господи, а что же я там скажу? – Левашов с тоской глянул на потолок.

– Скажите, что настоящий убийца разгуливает на свободе и представляет серьезную опасность для других подростков.

– Ну, ты еще поучи меня! – рассердился тот. – Иди, работай! И обо всем докладывать лично!

– Конечно, – не по уставу ответил Адамов и, вложив документы в папку, вышел.

***

Анна очнулась от ощущения, что ее куда-то волокут. Приоткрыв глаза, она все поняла. Сокамерница подтащила ее к кровати и, оставив лежать на полу, разорвала простынь и принялась привязывать перекинутую через прутья спинки скрученную в жгут ленту. Все сразу стало на свои места. Эта женщина пришла в камеру специально, чтобы разыграть ее самоубийство.