Адвокат поневоле

– Да, – не стал вилять папаша, – именно шантажирую. Итак, я вытащу тебя и твоих дружков, а за это ты оставишь мою дочь в покое. Скажешь, например, что разлюбил, полюбил другую. А лучше всего уедешь. В противном случае, сам понимаешь, придется дать ход этим бумагам.

– Да вы хоть знаете, на кого замахнулись? – взвился Олейников. – Тут не один дяденька в пиджаке со значком замешан.

– Знаю. Потому и советую молча выполнить мою маленькую просьбу. Ты же понимаешь, что те самые дяденьки в пиджаках сразу смекнут откуда инфа всплыла, и в первую очередь на тебя и твоих дружков подумают.

А если не подумают, то я найду способ направить их мысли в нужное русло.

– Понятно… Хорошо, договорились, – нехотя согласился Костя.

Ладно, чего уж там? Девок, что ли, мало? Хотя Катька ему здорово в душу запала, а красотка, каких поискать. Да и папаша-адвокат нужный человек. Ну да ладно, порешаем.

Глава 2

Через пару дней Перчетский все-таки выбил освобождение для Кости Олейникова и его друзей.

– Мне удалось добиться лишь отправки дела на доследование.

Ребят отпустят под подписку, но впереди суд, так что, пока ничего гарантировать не могу.

– Спасибо, пап! А когда их отпустят?

– Уже, – нехотя ответил Григорий.

– Ура! Спасибо, пап! – Катя уткнулась отцу в грудь.

– Только, Катюш, не надо с ним встречаться.

– Пап, ты опять?

– Пожалуйста, прислушайся к моему совету.

Он говорил мягко, не давил. Было уже такое, не пускал в клуб, пытался запретить гулять, так она вещички собрала и к подружке на месяц съехала.

А как воспитывать девушку-подростка? Откуда он знает? Тяжело девчонке без матери, в который раз осознал Григорий. Новую жену привести в дом даже не помышлял, Катя со таким своенравным, строптивым характером вообще из дома бы убежала.

Так что, давить нельзя, можно только уговорить, иначе просто уйдет к своему Костику, а тот руками разведет, что, мол, сделал все, что мог, не выгонять же? И все-таки отцовский инстинкт оградить от беды свое чадо кричал и призывал к действию.

– Катя, я очень тебя прошу, забудь ты о нем! – настойчиво попросил Григорий.

– Ну, пап, ты что! А зачем же ты его тогда освобождал? – засмеялась Катюша, клюнула отца в щеку и, на ходу накинув куртку, открыла дверь.

– Кать, ну ты же обещала! Займись уроками, скоро ведь экзамены.

– Пап, да успокойся, я не к Костику. У нас с Сашкой сегодня рейд, – слукавила Катя.

– Ну хорошо, беги, – Григорий поддерживал волонтерские дела дочери, даже помогал иногда.