Адвокат поневоле

А она выдохнула еще раз и открыла дверь.

***

– Здравствуйте, – Катя подошла к столу и внимательно посмотрела на своего клиента.

Перед ней сидел широкоплечий, темноволосый парень, с короткой, спортивной стрижкой, небольшим шрамом под левым глазом и пластырем на лбу. Шрам старый, а пластырь закрывает свежую рану, полученную, видимо, при ДТП. Обвиняемый напуган, но старается не подавать вида. Красивые, черные глаза бегают. Точно, боится! А он симпатичный, отметила Катерина и тут же поняла, что где-то видела его раньше.

А тот увидев вошедшую юную девушку с огромными от страха и неуверенности глазами, почувствовал свое превосходство и расслабился. Улыбнулся криво и откинулся на спинку стула.

– Привет! – ответил Тимофей на приветствие, с интересом рассматривая посетительницу. – Мне кажется, или мы с тобой встречались?

Он окинул ее раздевающим взглядом, она и правда показалась ему знакомой.

– А я узнал тебя. Ты Катерина, Сашкина подруга.

Катя вопросительно посмотрела на парня.

– Не узнала? – ухмыльнулся он и развязно развалился на стуле.

«А-а, так это тот самый тип из ночного клуба», – тут же вспомнила она.

– Что, пришла проведать меня, принцесса?

Но принцесса тут же ошарашила, вернув принца на землю и напомнив, почему он здесь.

– Я ваш адвокат, Катерина Григорьевна Перчетская.

– Что? Ты мой адвокат? – Тимофей выпрямился, оглядывая тоненькую фигурку девушки.

Строгий, черный костюм, убранные в аккуратную прическу каштановые волосы, понятно, солидности добирает, понял он и тут же расхохотался.

– Вот так сюрприз! Ты сколько классов-то окончила?

– Не волнуйтесь, моя квалификация позволяет выступить в суде в вашу защиту.

– Ну-ну, даже интересно, – сказал он с иронией и сложил руки на груди, снова откинувшись на спинку стула.

– А причем здесь ваш отец? Или вы маленький мальчик? Привыкли, что папа решает все ваши проблемы?

Тимофея отчего-то сильно задели ее слова, он вдруг сел прямо и серьезно ответил:

– Почему это? Нет, конечно! Я способен сам отвечать за свои поступки. Только я не совершал того, что на меня пытаются повесить! И хотел бы, чтобы отец об этом знал.

– Серьезно? – Катя слегка опешила.