Ловушка (для) Арна

– Ариадна, так нельзя делать, зачем? Тем более церемония сейчас! – старший Родэн перестал обнимать дочь, укоризненно смотря на нее. Он уже все понял. Мальчишка видимо сказал что-то про то, что она с Земли. Но это не повод его туда насильно отправлять.

В это время Ирвин навис над сыном.

– В свою комнату иди. И чтобы до завтра не выходил. Понял? – прохрипел.

– Папа…церемония, – Арн побелел, губы не слушались, во рту пересохло. Внутри нарастал жгучий ком от жуткого предчувствия.

– Какая тебе церемония, щенок? Ты что, мужчина? Кидаешься на девчонку! Побудешь недорослем еще год, может, тогда научишься отца слушаться, – Ирвин сплюнул и отвернулся от сына, судорожно пытающегося совладать с собой.

Арн до крови прикусил губу, часто моргая, рвано дыша. Покосился на Ариадну. Та смотрела на него с сочувствием, только этого не хватало. Он резко отвернулся.

– Как скажете, отец, – поклонился и пошел в свои покои, чувствуя провожающие его взгляды, обжигающие спину.

Целый год. Чертов год, когда его сверстники уже будут обнажать мечи, лапать девок, сидеть на собраниях, отращивать первые бороды, ему придется возиться и играть с детьми. Его же засмеют. Арни малыш. А ведь он их будущих князь. Целый чертов год это терпеть. И все из-за девчонки. «Ненавижу мелкую сучку», – подумал он, сжимая кулаки в бессильной ярости.

* * *

Старший Родэн проводил парня пристальным взглядом.

– Ирвин, ты не перестарался? – повернулся к Конугу, – Мальчика это конечно не красит, но лишать церемонии…Надолго запомнит.

– Вот и пускай, – проворчал князь, – Я ему строгие указания давал по поводу дочери твоей, а он такой… Все по-своему делает, только отвернись. Рано ему еще решения принимать да самостоятельным становиться, больно горяч. Я и так боялся дня этого, уже бы вечером начался праздник непослушания. Я Арна хорошо знаю…Пусть еще так походит, ему полезно будет.

– Ясно, – ответил Родэн и повернулся к дочери, – Дорогая, ты к нему не подходи лишний раз, он тебе не враг конечно, но… не стоит.

Сейчас решит, что ты во всем виновата, ни к чему.

– Я в сторону этого неотесанного медведя даже не взгляну, пап, нужно больно, – хмыкнула девочка, вспоминая все, что Арн ей наговорил сегодня. Ари прислушалась к себе и улыбнулась, понимая, что это правда. Не было больше трепета при мысли о голубоглазом северянине, только обида осталась тлеть где-то глубоко внутри.

2.