Гори во мне

И оставил меня на пироне тоскливо вглядываться вдаль. Да, я уже скучала. Вы когда-нибудь отчаянно скучали по человеку, обнимая его? Я тоже раньше нет.

Что мы только не делали сегодня. Позавтракав бедолагой-зайцем, котенок предложил растопить баню. Я смеялась, лишь примерно представляя, что это. Мне были ближе сауны, римские парные и спа. А вот так: с какими-то собранными в пучок ветками, чтобы пар как кипяток. «Ты дремучий, Кит! Ну что за развлечения? Что дальше? Пойдем на медведя, устроим турнир?», – дразнила его, подтрунивая.

Кот и не думал обижаться. «Как какие развлечения? Отхлещу тебя веником, сброшу в озеро и трахну», – шипел мне на ухо, нагло улыбаясь. А у меня даже ноги подгибались от одних его слов. И смех становился хриплый, прерываясь.

Смотрела на него и все плавилось внутри, растекаясь нестерпимым жаром по телу. Нервная дрожь в руках, лихорадочное возбуждение, громкий чуть истеричный смех, тягучие взгляды. Что-то натягивалось между нами, нестерпимо звеня, отпуская только, если касаться, быть ближе.

Или может это только в моей голове было. Может для него все просто, без надрыва. Всего лишь выходные с симпатичной девчонкой. Я не знала, не могла спросить. Я видела Кита третий раз в жизни. Но от этого, от щемящего чувства неуверенности в нем, все казалось только острее.

Кот выполнил свое обещание точь-в-точь. Сначала познакомил со всеми прелестями быть отстеганной дубовым веником, потом скинул с крутого берега в холодное озеро и прыгнул за мной сам. Подхватил мокрую, отплевывающуюся, смеясь.

– А ты говоришь-развлечения, – весело хмыкнул, осыпая быстрыми поцелуями мое горящее лицо, подгребая к берегу, где мог бы спокойно стоять, – Ну что? Веники были, озеро было, осталось…

– Ты всегда свои обещания так точно выполняешь? – я не могла не улыбаться, не могла скрыть свое нетерпение. Я бы уже и там в бане. Да, жарко. Но внутри у меня все горело уже давно сильнее.

– Да, Конуги всегда держат слово, – пробормотал Кит, заставляя обнять его шею руками, подсаживая мои бедра на себя, – Родовая особенность, можешь пользоваться…

Последнее слово потонуло в поцелуе, движения во мне, такие плавные из-за воды.

Ускользающее сознание отметило, что я только сейчас узнала его фамилию.

А потом опять баня. Кит вручил мне веник так торжественно, словно это было фамильное оружие.

– Твоя очередь, веснушка, – синие глаза озорно блестели, он подмигнул мне и растянулся передо мной на всю лавку, – Ну что стоишь?

– Я… – черт, это было странно.