Горячо

Так странно…

– И завершающий штри-и-их! – тянет тем временем нараспев Анжела за моей спиной и вешает мне на шею длиннющие стеклянные бусы, – Я вообще их для игр использую, но…ладно, у меня ещё жемчуг с собой есть, – бормочет, поджимая губы, пока делает два тугих мотка вокруг моей шеи, а оставшуюся длину завязывает узелком, чётко укладывающимся между грудей, – Когда дрочить будешь, можешь ими член обернуть, бусинки очень приятно катаются, – подмигивает, улыбаясь.

Я бы на это сглотнула, но Анжела мне горло пережала своим рабочим ожерельем так крепко, что в ответ могу только невразумительно согласно прохрипеть.

– Всё, готово! Пойдёмте в зал, птички, работать пора, – моя внезапная наставница рассматривает себя в зеркальное панно, поправляет идеальные чёрные локоны и первой выходит из уборной.

Мы с Масей семеним следом – обе на таких высоченных шпильках, что шире на них ходить при всём желании не получается. Хорошо хоть колодка босоножек оказывается божественно удобной – настолько, что я подумываю над тем, чтобы на такие же когда-нибудь накопить.

– Я наверно сразу к бассейну пойду, – щебечет рядом со мной Мася, – Что там делать наверху? Асти уже выступала, а жрать этих тарталеток всё равно много нельзя – вырвет ещё потом ненароком – стыда не оберёшься. Арина, может со мной, м? Там какого-то ди-джея из Ибицы выписали,– и подмигивает как лучшей подружке.

– Да нет, я наверху пока…– вежливо отказываюсь от столь щедрого предложения.

– Ну смотри…Встретимся…Муа…Муа… – около моих щёк пролетает в воздухе два смачных поцелуя, и Мася сворачивает к лестнице, ведущей вниз на цокольный этаж, около которой дежурят два охранника.

– Поняла, да, куда потом? – кивает ей в спину Анжела.

– Да, поняла…– отзываюсь, стирая руками с плеч предательские морозные мурашки.

Хотелось бы установить прослушку и сбежать отсюда до полуночи и необходимости спускаться. Надеюсь – получится.

* * *

В зале Анжелу сразу подхватывает под локоть какой-то седой суровый мужчина, и она оставляет меня одну. Осмотревшись, наконец замечаю Жиренко!

Если до этого я словно пребывала в тревожной знобящей спячке, то при виде своей главной цели адреналин мощной волной впрыснулся в кровь и азарт, знакомый наверно только журналистам, следователям и охотникам, затмил все переживания по поводу возможных издержек моего маскарада.