Магия уборки

А вот Эйдан был спокоен, внешне так точно. По его голосу не получалось определить, как он отнесся к произошедшему.

– Надо отметить, что и всплеск был слабый, с таким бы справился любой специалист, но все же это оказался настоящий прорыв. К исследованиям присоединился отец. Даже мама, изначально не одобрявшая затею, заинтересовалась.

– А вы? – Почему-то мне было важно знать степень причастности Эйдана ко всему этому.

– Я учился в академии, мне только-только исполнилось восемнадцать. Братья служили кто где.

Нас не было дома, когда все произошло.

– Произошло что?

– Я не знаю, Шеран. Никто так и не выяснил, не разобрался в записях, хотя я абсолютно уверен, что эксперимент записывали по шагам, но что именно пошло не так, до сих пор непонятно. А расследование проводилось на совесть, уж поверьте.

Некромант поставил на подоконник вновь опустевший стакан.

– Когда прибыла группа ликвидаторов, в доме спасать было некого. Ни прислугу, ни родителей. В городе же, думаю, вы и без меня знаете, что творилось.

Дознаватели потом здесь все вверх дном перевернули, но формально предъявить моей семье нечего: не удалось даже доподлинно установить связь эксперимента с энергетическим всплеском. Все сошлись только в одном: такого не должно было случиться. Даже если накопители каким-то образом сработали, энергия в них нейтральная, она бы скорее дом разнесла, а не создала…

Эйдан замолчал, резко встал и налил себе еще один бокал. Правда, пить не спешил.

В комнате повисла напряженная вязкая тишина, даже воздух и тот загустел, иного объяснения, почему так трудно стало дышать, у меня не нашлось.

Возможно, поэтому наружу вырвались слова, которые я совсем не планировала выпускать из себя, как и сопутствующие им эмоции.

– Меня до сих пор мучают кошмары. Кажется, что все уже давно прошло, но потом что-то случается, и они возвращаются. И это с тех пор я не переношу некромантскую магию. Правда, и сталкиваюсь с ней нечасто.

Эйдан молчал, возможно, ему нечего было сказать, кроме уже озвученного.

Или просто не знал, что именно говорить. А вот меня прорвало.

– Я помню тот день, мне едва исполнилось шесть, но я все помню. Погода стояла отличная, на улице жара и духота. Соседские ребята предложили сбежать на речку, хотя мне строго-настрого запрещалось. Я сначала отказалась, но меня стали дразнить трусихой. В итоге я все-таки пошла и просидела почти все время на берегу, потому что плавать толком не умела. – Понятия не имею, зачем вся эта ерунда Эйдану.