Хранители Эталины. Игра в шахматы Де-Люкс

Скоро прибудем, готовьтесь к высадке, – предупредил пассажиров Тим, отправляясь на капитанский мостик.

– Он не упомянул, что после того случая стал лучше всех сражаться с морскими гадами, – шепнул телепат на ухо Мартису.

– Амалин всё-таки обучил?

Латти кивнул, беззаботно рассматривая показавшийся остров.

– Я бываю здесь по вторникам и четвергам – доставляю каменные блоки для строительства наших городов, – на прощанье сказал им Тим. – Так что увидимся. Я ещё загляну к вам.

Латти шёл по берегу, с трудом сдерживая улыбку.

– Над кем смеёшься? – поинтересовался хранитель, взглянув на него.

– Над Парниноном. Они с Горанием всё-таки нашли Амалина, и теперь он не оставляет его в покое. Пойдём. Нужно прервать их дружескую беседу.

Майкл уже был на острове, курсируя по колено в воде вдоль берега и собирая какие-то водоросли. Гораний сидел в стороне у подножия горы, с отсутствующим видом кидая мелкие камни в набегающие волны прибоя.

Мартис хотел спросить у него про тролепанов, но, перехватив взгляд Латти, понял, что этого делать не следует.

Телепат уверенно шёл к скалам, хранитель молча следовал за другом. Миновав зелёные колючие заросли и пустынный берег, они вышли на утоптанную ровную площадку, граничащую со скальной породой, где на трёхметровой высоте на одном из уступов вальяжно расположился эльтавр. Хранители остановились, с опаской поглядывая на сильного зверя. Размером животное было больше льва, его броня состояла из небольших кусочков, соединённых, словно детали пазла, и покрытых тонким мельчайшим ворсом, приятным на ощупь.

– Пойдём, – спокойно сказал Латти, – я договорился.

– С эльтавром? – удивился Мартис.

– Нет, с Амалином. Он сам неплохо общается с этим эльтавром. Кстати, это девочка по имени Лилия.

– Приятно познакомиться, – пробормотал хранитель, ныряя вслед за телепатом в скрытый горный проход, который и охраняла эта бархатная особа с цветочным именем.

Миновав два поворота, они оказались в светлой просторной пещере, где велись жаркие дебаты. Впрочем, был слышен только голос Парнинона, что-то горячо и уверенно доказывающего на языке химических формул. Амалин полулежал на песчаном полу напротив костра с готовящимся мангулом, и, похоже, его больше заботил шашлык, чем все формулы вместе взятые.