В семье не без подвоха

 – Пойдём, куда вы там мои сумки отнесли, я же тебе сорочек нашила!

Глава 3 В которой побеждает пьянейший

Наши мореплаватели привезли море рыбы. Уж казалось бы, живу тут почти год, а всё никак не привыкну к муданжским масштабам. Дома мы с друзьями иногда выбирались на какую-нибудь соседнюю планету-питомник, где можно довольно дёшево порыбачить, но то, что мы там вылавливали даже в самые удачные дни, не идёт ни в какое сравнение с муданжским изобилием. И это Азамат с матушкой на удочки ловили, потому что сетью получаются сразу промышленные количества.

Азамат оттаскивает трепещущие мешки за скальный выступ, где у нас оборудован уличный очаг, чтобы не чадить в доме всякими дымными блюдами. Матушка, едва перекусив, семенит следом, закатывая рукава, а Тирбиш провожает её таким взглядом, что я его тоже отпускаю повозиться с рыбой. Один Бойонбот сразу после рыбалки заваливается спать. Он сегодня поздно вечером улетает в космос вместе с Алтонгирелом, а ночью ему поспать не удалось, шакалий вой мешал и вообще всякие жуткие звуки из леса.

Когда рыба готова, мы садимся всем миром крутить роллы. Матушка сначала ворчит, мол, баловство это, готовую еду в рулоны скручивать, а с едой, мол, негоже баловаться, но процесс настолько затягивает, что вскоре её уже ничего не смущает.

– Наверное, хватит уже, – неохотно говорит Тирбиш. – Мы столько не съедим.

– А нас ещё на одного больше будет, – невозмутимо сообщает Азамат.

– Это кто ж пожалует? – удивляется матушка. – Вы что тут, всю округу со своего стола кормите?

– Да нет, это один хороший знакомый, – Азамат лукаво на меня поглядывает, я киваю. – Он вчера заходил, только Тирбиша застал.

– А, этот горец! – восклицает Тирбиш.

– Да, знаем, – подтверждаю. – Просто вчера по твоему описанию не поняла, а потом догадалась.

– А кто он такой? – с любопытством спрашивает Тирбиш.

– Странствующий охотник, – не моргнув глазом врёт Азамат. Хотя кто знает этого Ирлика, может, это и правда. – Он участвовал в последней войне, сильно помог в одном хитром деле… – Азамат неопределённо машет рукой, якобы не хочет ворошить едва забытые военные переживания.