Ведома зверюшка

 – И то много, он на меня больше мингя в год никогда не тратил, наоборот, украшения, что мне дарили, закладывал!

– А что они лежат без дела, – заоправдывался Медведь. – Ценности надо в оборот пускать!

– Ну, открывайте приём, – предложил Исар.

Что значит «открыть приём», Арай не знала, но у отца с этим возникли проблемы. Исар внимательно смотрел на его манипуляции с телефоном, потом стал подсказывать, а там и вовсе диктовать, что и как делать.

Судя по лицу Медведя что-то пошло не так. Он потыкал в телефон, пару раз проверил, то ли у него открыто, что нужно. Потом поднял ошеломлённый взгляд. Арай стояла не дыша, а Исар откинулся на спинку дивана, как будто пришёл смотреть хорошо знакомый спектакль.

– Мне только что, – наконец обрёл дар речи Медведь, – сто мингей пришло.

– От меня, от меня, – кивнул Исар. – Я, конечно, в выкупах не разбираюсь, но меньше ста мингей за такую девушку давать – это себя не уважать, а уж просить… А ещё говорите, большой бизнес. Кстати, я не спросил, что у вас за бизнес-то хоть?

– Дак это… – Медведь не сразу вник в суть вопроса, всё ещё отходя от потрясения: за сто мингей его контору можно было купить полностью. – Магазины у меня… Ручки всякие продаём, петли там…

– Надо же, вот только недавно с Ахмад-хоном о фурнитуре говорили! – заинтересовался Исар.

– Да вот, у нас, откуда я родом, это от Долхота через Ирлик-хонову реку городок, там головной, а ещё на островах есть, и на Орле вот недавно открыл магазинчик. Я сам-то не кузнец, понимаете, я распространяю, мне самая дорога в большие города. Теперь хочу в Долхоте обосноваться, а если дело выгорит, то можно и в столицу…

– И с глухим именем? – поразился Исар.

Медведь со стуком захлопнул рот, чувствуя, что его развели на откровенность.

– Он на меня фирму зарегистрировал, – подала голос до сих пор молчавшая Арай. – Потому и отпускать боялся, и за своего партнёра выдать хотел, чтобы не делась никуда.

– А почему нет?! – Медведь решил предвосхитить осуждение.