О князе и грязи

Ютта обернулась, ожидая, что вошёл ректор или декан, и сейчас начнутся приветственные речи, но никого взрослого она не увидела. Повертев головой, она поняла, что все взгляды прикованы к молодому человеку, поднимавшемуся от двери к задним рядам. Высокий и угловатый, с непропорционально широкими плечами, он выглядел ещё более нелепо в модных узюсеньких брюках, приталенной длинной рубашке с серебряным отблеском и зелёных ботинках из крокодиловой кожи с длинными прямоугольными носами на толстой платформе, из-за которой они выглядели, как плывущие над полом крокодильи головы.

Гул голосов снова набрал громкость. Мэй, которая успела развернуться и встать коленями на сиденье, взволнованно вздохнула:

– Видела?!

– Ну, – подтвердила Ютта, не понимая, чем вызван такой ажиотаж.

– Это же муданжский принц! – прошипела Мэй, как будто оный принц был тем главным заветным сокровищем, ради которого они все здесь собрались.

Ютта хмыкнула. Про Муданг она знала не так чтобы много: что там какой-то первобытный строй, при котором от правителя ожидаются личные ратные подвиги, и что у них вроде как есть разумная жизнь внеземного происхождения, но в это Ютта не верила.

– Он же на экономе будет?! – затараторила Мэй пронзительным шёпотом, ища поддержки у сидящих на втором ряду дочерей эспажанского нефтяного магната.

– Принц же, наверняка или на экономе или на менеджменте, – согласилась одна из них. – Может, на юридическом.

– Если на менеджменте, я тоже туда переведусь! – пообещала Мэй. – Папа поймёт! Вы видели его фотки с саммита, где он на лошади?!

Девицы принялись обсуждать какое-то мероприятие, где, как поняла Ютта, принц сопровождал своего отца. Ей самой было вовсе не интересно, но из какой-то пассивно-агрессивной пакостности захотелось обломать Мэй, так что она полезла в поисковик и вскоре нашла короткую заметку об академических планах муданжского принца.

– Он поступал на биомед, – изумлённо сообщила она.

Глава 2

Люди за кафедрой сменяли друг друга, передавая эстафету по бормотанию общих слов. Кир в очередной раз пересел поудобнее. На его рост сиденье было низковато и пространство для ног недостаточное, да ещё и ботинки, показавшиеся удобными в магазине, теперь наминали подъём.