Из-под палочки

Дублёнка, конечно, длинная, но надо её хоть запахнуть поплотнее…

Алиса посмотрела на него недоумённо, но послушно поковыляла следом на своих птичьих ножках, шагая сразу через две ступеньки. Ну вот зачем женщине такие длинные ноги? Она ими сразу начинает злоупотреблять. Да и рост в результате – Эндану по плечо. Неэстетично, непрактично. Веснушки ещё эти… Да всё вообще с ней не так! Эндан оглянулся, чтобы убедиться, что Алиса не отстала, не потерялась и не свалилась с лестницы. С неё станется! Но нет, стояла у него за спиной, глаза свои прозрачные таращила на него, как тогда, в космопорту.

Как будто ждала, что сейчас Эндан щёлкнет пальцами и избавит её от всех житейских трудностей.

Придётся щёлкнуть.

Эндан толкнул дверь и вошёл.

– А! – подорвался с места лавочник. – Вы вернулись! Милости просим, милости просим, чего изволите? Игрушки резные, набивные, леплёные, детки будут весёлые-довольные! – затараторил он на смеси муданжского со всеобщим. Эндан аж спиной почувствовал, как Алиса сжалась. – А что будет угодно красавице? Деткам-то лет сколько? Мальчик или девочка? Мальчики-то уже с отцом живут, а, гость-хон?

Эндан понял, что этому сейчас тоже предложат родить ежа, а если расспросы продолжатся, то он же сам и предложит, и поспешил прервать поток.

– Дама – музыкант из земной делегации и желает на память о поездке взять что-то, что подойдёт к её интерьеру, – строгим тоном произнёс он, сделав максимально чопорное лицо. – Извольте показать, что у вас есть из подвижных статуэток.

Лавочник всплеснул руками и принялся расписывать мастерство резчиков, поставлявших свои работы в его заведение. Статуэток у него нашлось аж два стеллажа, и, подведя покупателей к ним, лавочник встал рядом, словно декламатор на состязаниях и принялся представлять каждую игрушку, как будто они были соперниками в игровых боях. Алиса по-прежнему пряталась за спиной Эндана, но слушала с интересом и даже пару раз переспросила, когда лавочник не справился подобрать нужное слово на всеобщем – переспросила Эндана, конечно.

Шёпотом, на ухо. Зараза, вот тем и плохо, когда женщина высокого роста. Привстав на цыпочки, Алиса почти дотягивалась губами до уха Эндана, и тот чуть не взвился первый раз, когда его шею пощекотало её дыхание. Нельзя же так с людьми! Ещё и ароматом её духов на него пахнуло – чем-то вкусным, орехи там, сладкий цитрус, а Эндан не успел дозавтракать. Нет, её всю надо было просто законодательно запретить! Хоть петицию на имя Ахмад-хона пиши.