Хранители Эталины. Игры со временем

Анавар отложил все дела, внимательно слушая сына. Их разговор прервал Сандр, влетая в кабинет с какими-то голубыми бумажками и раскладывая их перед Анаваром.

– Алекс, подожди, пожалуйста, за дверью, – попросил отец, вставая со своего стула.

– Нет, уж, пусть останется, – взревел Сандр, – он тоже должен все знать.

Но Алекс уже выскользнул из кабинета, плотно закрывая за собой дверь. В приемной он встретил Майкла, дожидающегося своей очереди приема.

– Ты видел, в каком состоянии находится Сандр? – поинтересовался Алекс, присаживаясь рядом.

– В своем естественном. Так называют состояние легкого психа.

Разговор с отцом не затянулся, Сандр вылетел минуты через две, как пробка из шампанского, попытался в чем-то обвинить Алекса, но тот ответил таким детским и недоуменным взглядом, что Сандр махнул рукой и полетел дальше. Через две минуты Анавар позвал их к себе.

– Садитесь, – отец говорил спокойным тоном, но пара поперечных складок на лбу напоминала о минувшем скандальном разговоре.

– Может, нам зайти позже? – прищурился Майкл, кинув взгляд на документы, оставленные Сандром.

– Нет, – Анавар сделал попытку улыбнуться, – а ты в курсе?

– Конечно, это давно не секрет и не новость. Ладно, я, пожалуй, пойду, просто передаю приглашение от отца.

Вручив запечатанный конверт и не дожидаясь ответа, юноша бесшумной тенью выскользнул из кабинета, а Анавар протянул сыну те самые голубые бланки. Оказалось, что Сандр сразу же по приезде попытался выяснить родство Майкла, для этого он незаметно забрал его волос и сравнил его и свой локон с закрытой базой ДНК.

Алекс с минуту изучал бланки, а потом поднял вопросительный взгляд на отца.

– Да, Сандр действительно твой брат. Вы – двойняшки.

– А почему я узнаю об этом сейчас? Зачем нас разделили?

– Видишь ли, то, что я тебе сейчас скажу, – является государственной тайной, и с этого момента ты так же тщательно будешь хранить и оберегать ее.

Алекс кивнул.

– Итак, перед своей смертью мой отец призвал меня и Вениамина, который всегда был моим лучшим другом, и сказал, что мы из двойни, причем, мы так и не знаем: кто из нас – старший. Мы тоже были удивлены – для чего нас разделяли, но он рассказал, что однажды старец приоткрыл ему завесу будущих дней.