До дрожи

Но сейчас он созванивается не с женщиной, кольца на его пальце нет, детей и прошлых браков вроде бы тоже, и меня это эгоистично радует, хоть и понимаю, что все равно он не будет моим.

Мне всего восемнадцать, я его студентка, и он весь год смотрел на меня, как на радующую успехами по его предмету младшую сестру…!

Ненавижу этот его понимающий снисходительный взгляд. Ох, кто бы знал, как ненавижу!

Тем временем Наумов опирается задницей, обтянутой светлыми брюками о край столешницы и ворует помидорку у меня прямо из-под ножа.

– Можно? – криво расслабленно улыбается, пряча телефон в карман.

Резко вздрагиваю от того, что он внезапно так близко, и чуть не отрезаю себе пол пальца.

– О, чёрт! – сосу указательный, виновато взглянув на Наумова и чувствуя, как растекается железный привкус на языке.

– Алис, я напугал? Извини! Дай посмотреть, – дергает Глеб к себе мою руку.

Хмурится, разглядывая набухающую багровую каплю на первой фаланге.

– Надо пластырь раздобыть, – переводит на меня озабоченный взгляд.

– Глеб Янович, не надо, всё хорошо, – лепечу я в ответ, слишком остро ощущая его прохладную крепкую ладонь, обхватившую моё запястье.

Да зачем мне пластырь, если я так млею сейчас, что пульс давно сорвался в нитевидный, и кровь скоро вообще перестанет поступать в слабеющие конечности.

Если вы не мечтали о чьём-то прикосновении год, то даже не пытайтесь меня понять!

Наши лица вдруг так близко, что я дышу его дыханием. Глаза сами собой широко распахиваются, жадно вбирая картинку, приоткрывается рот.

Мне это всё чудится, наверно, но у Глеба Яновича расширяются зрачки, топя светлую радужку, пока он путешествует внимательным взглядом по моему запрокинутому к нему лицу. Улавливаю горьковатый привкус алкоголя в его дыхании, то, как странно туманятся глаза, когда он подается ближе, чуть хмурясь.

– Прости, Алиса, что напугал, – глухо повторяет будто сам себе.

– Не напугали, – бормочу.

Капелька крови бежит по пальцу.

Наумов всё так же держит мою руку около своего лица, и…Вдруг наклоняется и быстро слизывает её.

От шока из меня вылетает сдавленный хрип.

– Бл…– тихо рычит Глеб себе под нос, тут же резко отбрасывая мою руку в сторону, будто это ядовитая змея, и делая два широких шага назад.

Смотрю на него во все глаза, глотая воздух ртом словно рыба, пока он смущенно взъерошивает короткий светлый ежик на затылке, наблюдая за мной исподлобья, и разводит руками.