Зимцерла

«Ты не обманешь меня, нечистое отродье, – мысленно обращался Игорь к существу, догоняющему его, – ты можешь говорить ее голосом, но меня так просто не одурачить». Ырка будет охотиться за ним до самого конца, окликая чужим голосом. Хитрое создание пойдет на любые уловки, чтобы заставить жертву остановиться и оглянуться. Неслыханная жестокость таится за нежным голосом любимой женщины. Скорее бы этот кошмар закончился. Снова слышать смех жены и ласковый шепот перед сном. Обнимать и смахивать с ее лица горькие слезы, успокаивать и говорить ей, что все будет хорошо.

Она бы опять сплела ему венок из полевых цветов, а потом усыпанными пыльцой ладонями нежно притянула его лицо к себе. Вот бы встретить с ней еще один рассвет…

«Не отвечай и не оглядывайся, только не оборачивайся», – уговаривал он сам себя.

– Остановись! – голос все приближался, но в нем уже звучала зловещая хрипота.

Парень перешел на бег, еще крепче прижимая к себе сверток. Адреналин горячил кровь, придавая сил, но сдавливал виски, словно тисками.

Шум позади становился все громче, заставляя юношу мчаться еще быстрее. Игорь спотыкался о спрятавшиеся в земле камни, которые, будто коварные подножки, пытались остановить его, не позволить ему ускользнуть. Холодное дыхание коснулось спины, и по телу пробежали тысячи игольчатых мурашек.

– Помоги мне… – со скрежетом протягивало слова нечто позади, нагоняя юношу.

– Деде, Прадеде, Пращуре, слышишь? – с придыханием промолвил парень, с трудом вспоминая слова оберега, что еще в детстве рассказала ему прабабка.

– Слышу… – вторил ему потусторонний скрипящий голос.

Последний рывок. Когтистые длинные пальцы едва коснулись рубашки юноши, оставив ровный разрез на ткани. Тощая рука преследователя замерла прямо за спиной Игоря, когда колоски ячменя расступились, открывая взору песчаную дорогу. Он пересек поле. Вопль досады существа сотряс округу, и ночь вновь наполнилась звуками. Вот и трели птиц, что притаились на ветвях, и протяжное кваканье лягушек, и вой собак на показавшийся лунный диск.

Какое бы зло ни творилось здесь, на земле, ночное светило всегда сохраняло белизну своего лика.

– В лес, надо скорее в лес, – задыхаясь, произнес молодой парень, – там оно не достанет, Леший не пустит.

Он поднял голову и осмотрелся. От заветной стены деревьев его отделяла широкая река. «Вброд не пойду, еще мавки утащат, – наскоро рассуждал юноша, – если через мост перейду – до дома будет рукой подать».