Прошлое в настоящем

– Просто у меня нет других объяснений. Он уже года четыре не ведет тренировки.

– Как это? Он разве не работает здесь? – удивляюсь я услышанному.

– Работает? – смеется девушка. – Это его фитнес-центр. Он владелец. Ты не знала?

Я лишь покрутила головой.

– Стас местный авторитет. Они с братом в нашем городе что-то типа ОПГ. Только в хорошем смысле. – рассказывает Марго о мужчине. Так вот что он имел в виду под фразой "в этом здании я уверен во всем".

– Марго, а здесь есть другие спортивные клубы поблизости?

– Зачем тебе? Ты хочешь уйти? – уточняет она.

– Именно. Если ты не будешь моим тренером, я не буду сюда ходить. – утверждаю я.

– Да брось ты. Стас хороший тренер. Мой учитель, между прочим.

– Я хочу ходить только к тебе.

– Ну давай я попробую с ним поговорить. – уговаривает Марго.

Я соглашаюсь и прощаюсь с девушкой. Поднимаюсь к себе в квартиру и на телефон раздается звонок арендодателя. Я совсем забыла, что сегодня день оплаты за жилплощадь.

– Как ты…

– Свет в окне. – перебивает мужчина и нагло входит в квартиру. Закрывает за собой дверь и пронзает меня взглядом. – Я не понял. Ты собралась в другой спортзал?

– Если оставишь моим тренером Марго, я останусь. – быстро соображаю с ответом.

– Исключено. Твоим тренером буду только я.

– Да зачем тебе это? – нервно спрашиваю Стаса.

В квартиру снова раздается звонок и мужчина открывает дверь вместо меня.

– Ты кто? – спрашивает он хозяина квартиры.

– Я хозяин квартиры. Мне Ангелина сказала, она здесь одна жить будет. – возмущается Николай Валентинович.

– Бывает. – спокойно отвечает Стас. – Тебе чего?

– Я за оплатой пришел. – испуганно оправдывается мужчина, глядя на злой вид Стаса.

– Сколько?

– Двадцать тысяч.

– Сколько? У тебя здесь не таунхаус. Не шибко разошелся на простых девушках наживаться? – прикрикивает на него Стас.

– У нас заключен договор. Девушка была согласна со стоимостью.

Стас достал из кармана пачку купюр.

– Здесь пятьдесят. За два месяца плюс коммуналка. В расчете?

– Да, но по договору Ангелина должна жить здесь одна. Иначе выселение. – настаивает Николай Валентинович.