Добыча ярла Бьорка

Я поднимаю голову, чтобы проследить за ним и с тихим испуганным всхлипом замираю, потому что Хотборк вдруг перехватывает пальцами мой подбородок, жестко фиксируя, и наклоняется так близко, что его черные гипнотические глаза начинают двоиться, а горячее дыхание, наполненное нотками кедра, обжигает моё лицо.

– Как удобно, да, Хель? – низкий голос полон угрозы, от которой меня буквально парализует,– И ведь не проверишь твои бредни…Поиграть решила, печорка? Зря. Я – проклятый ярл, меня боится сам конунг.

Он отпускает мою челюсть, оттолкнув от себя так, что я чуть не делаю сальто с лавки. Черные глаза мерцают опасным огнем.

– Что ж, скоро старая Вейла придет. От нее тебе не утаить правду, печорка. А пока…Будешь жить в работном доме, отдам тебя Борге. За жизнь не переживай- не тронут. За честь…

Он окидывает мою фигуру оценивающим снисходительным взглядом.

– Постарайся не улыбаться на пиру сегодня лишний раз.

– Пошли, – грузная женщина лет сорока на вид подходит ко мне, нетерпеливо вытирая руки о мокрый передник, – Ну, что? Вставай! Пир на носу, работы невпроворот, а она рассиживается!

Я провожаю тоскливым взглядом исчезающую в дверном проёме высокую фигуру ярла и покорно поднимаюсь с деревянной лавки. Я не знаю, что именно сказал Борге Хотборк обо мне, когда шептался с ней сейчас, чуть отойдя в сторонку, но то, что служанка меня и не думает бояться, как воины на ладье, было очевидно.

Больше ничего не добавив, женщина, несмотря на свои внушительные габариты, стремительно шагает к дальней неприметной двери в конце залы, из которой и появилась пару минут назад. Мне приходится чуть ли не бежать, чтобы поспеть за ней.

– Я – Борга Магнусен, – домоправительница ярла Хотборка, – сообщает мне женщина, не потрудившись обернуться,– А значит после хозяина главное лицо для тебя, печорка.

Тут она резко тормозит и распахивает передо мной дверь. Её почти прозрачные слегка на выкате глаза впиваются в меня подобно гарпунам, толстые губы поджимаются в злую линию. Я неуверенно киваю, показывая, что мне ясно. Она, удовлетворенно хмыкнув, отворачивается.

– Будешь расторопной и тихой- поймешь, как повезло тебе попасть в столь изобильный дом, дикая.