Академия АСПИД. Обмани меня

– У тебя перо, бумага, сургуч есть? – без приглашения заваливаясь в комнатку, вопросила его.

– Есть, – покивал команданте и запоздало засуетился. – Да ты проходи, не стесняйся. Сейчас поищу.

У главного хозяйственника академии и дом оказался хозяйственным. Прямо очень. Все стены от пола до потолка были забиты разнообразным хламом. На тумбочках, полках, и просто на гвоздиках стояло, лежало и висело все, что только можно себе вообразить. Здесь были маленькие кофейные чашки с блюдечками и поношенные вышитые перчатки, и старые драные тапочки, и кем-то (надеюсь, что не Казимиром) надкусанное печенье, и пыльный дорожный саквояж, и портсигар с двумя поломанными сигаретами, и облезлый веер, и почти пустые румяна, и даже конские стремена, скромно висящие по соседству с блестящей медной сковородой.

– Ну, ничего себе! – присвистнула я, оглядываясь. – И где он столько барахла насобирал?

– Вот, нашел! – неожиданно громко крикнул с порога Козя и тряся пергаментом прошествовал в комнату.

– Ага, – довольно осклабилась я и скомандовала.

Команданте деловито расположился за столом и приготовился внимательно слушать.

– Декану факультета магических искусств академии АСПИД, господину Эмильену Каро, – продекламировала я и хозяйственник послушно принялся выводить витиеватые буквы на бумаге.

– От начальника королевского городского сыскного ведомства, господина Римса… – продолжила диктовать я.

Но услышав вторую строчку Козя неожиданно отложил перо и подозрительно уставился на меня.

– Я не знаю как там у тебя, – начал команданте. – А у нас здесь подобную «магию» подделыванием документов называют.

– Ну, допустим, – нехотя согласилась я. – Но иногда бывают случаи, когда это совершенно необходимо.

– И за это сурово наказывают, – недовольно добавил шуршунчик, сложив лапки на груди.

– Не наказывают, если совсем чуть-чуть и очень осторожно, – вкрадчиво заметила я.

– Нет, я отказываюсь участвовать в обмане декана Каро, – категорично заявил команданте, бросая перо на стол.

Эх, Козя, как невовремя у тебя совесть проснулась. Видит бог, я хотела обойтись без шантажа, но ты не оставил мне выбора.

– А воровать, значит, у него она тебе позволяет? – едко заметила я, глядя на замершего от испуга зверька с гадким чувством собственного превосходства.

– Откуда ты знаешь? – заметался он по комнате. – Там же никого не было.