Каннибалы

Айфон, не гуглофон, которым Борис пользовался обычно. «Та-а-а-ак», – Петр делал вид, что его это нисколько не интересует: смотрел в окно. Машина вырулила на Охотный ряд.

Борис послушал, глаза подвигались вправо и влево. До Петра из-под уха Бориса донесся механический голос «Абонент не отвеча…». Борис отключил звонок.

– Все в порядке?

– Да-да.

И больше ни слова. В тишине, сквозь рокот мотора, стало слышно: «Востров… Востров».

– Сделай погромче, – велел Борис.

Водитель тронул рычаг громкости.

Новое расследование фонда по борьбе с коррупцией.

«Информация поставлена хорошо», – отметил Петр.

Борис вынул телефон – на этот раз из другого кармана, свой обычный. Тут же открыл сайт «Антикоррупции».

– Какого хера, – пробормотал он. Взвизгнул: – Какого хера!

– Так лучше, – ответил Петр, все так же любуясь Москвой в затемненное от чужих глаз окно.

– Ты офигел.

– Вот увидишь.

– Это не то, что попросил сделать Соколов…

– В сущности, то. Задача удалить? Задача выполнена. Востров теперь точно присядет.

До свидания, как минимум, на пятеру. А через пять лет это все равно что навсегда. Ты же сам понимаешь.

– Я тебя не просил! – разозлился Борис.

– Просил. – И Петр быстро объяснил: – Еще в Питере. Когда на работу позвал. Разруливать, но в первую очередь – предупреждать неприятности. Твои собственные слова.

Борис клокотал. Но не возражал.

– Ты не соображаешь… – фыркнул он.

– До сих пор соображал.

– То есть?

– С тобой до сих пор – порядок.

На это возразить тоже было трудно.

Борис выдержал паузу. Это он, надо признать, тоже умел. Помолчал, очевидно, взвесил за и против, – соображал Борис быстро. Кто соображал медленно, того в этом мире уже нет, без особых сожалений подумал Петр.

– Что, и грудью, как на Уитни Хьюстон, кинешься? – усмехнулся Борис.

– Посмотрим.

Зазвонил в руке телефон.

– Выключи уже это ебаное радио, – нетерпеливо дернулся на сиденье Борис. Тотчас голос в салоне стих.

Показал экран андроида Петру: звонит генерал Соколов.

Борис сделал Петру гримасу: мол, твоя работа – доволен? Телефон вибрировал, будто от далекого гневного топанья генеральских сапожек.

Борис не ответил. Отключил звук. Убрал телефон.

Опять был только рокот мотора да приглушенный стеклами уличный шум.

Оба смотрели по разные стороны – каждый в свое окно.

Петр с удивлением отметил, что не думает ни о чем.

Борис шевельнулся. Опять стал рыться в кармане пальто. Опять вынул телефон. Но не андроид. Айфон.