Да здравствует королева!

Придворные дамы вошли в покои и склонились в низком поклоне.

– Король умер, ваше величество, – тихо произнесла самая старшая их них, бывшая фаворитка.

– Отец… – Эмилия побледнела, но заставила взять себя в руки. – Мир душе его.

Женщины склонились еще ниже, хотя, казалось это невозможно.

– Каковы будут распоряжения вашего величества?

– Выставить караул у покоев моего отца, – тихо произнесла девушка, – и позвать ко мне начальника стражи. Все остальное согласно обычаям. А сейчас можете идти.

– Да, ваше величество, – женщины выплыли из комнаты.

Эмилия вновь подошла к окну. Темноту начали прорезать огни переносных фонарей – весть о смерти правителя распространялась по службам. А с первыми лучами солнца об этом узнают и в городе.

– Ваше высочество, простите, величество, – поклонился начальник стражи.

– Гильермо, – повернулась к мужчине девушка. На мгновение ей стало неудобно отдавать распоряжения человеку старше ее больше чем вдвое. До этого девушка обращалась к прислуге исключительно с просьбами.

 – Выставите охрану возле сокровищницы, библиотеки и кабинета его величества. Никто, кроме меня и моего секретаря, не имеет права входить в эти помещения вплоть до особого распоряжения без письменного приказа, заверенного моей подписью и печатью, – мужчина склонил голову, соглашаясь с данным указанием. – И отправьте гонца на границу к графу Эстеритен.

– Ваше высочество, вы считаете уместным оповещать Филиппа, прошу прощения, графа? – только произнеся, мужчина понял, что в очередной раз допустил ошибку, обращаясь к королеве, но девушка только печально улыбнулась.

– Да, – голос звучал тихо, но твердо. – Он должен знать об этом. И, – она на мгновение замялась, словно сомневаясь в необходимости данного приказа, – отправьте в его расположение доверенных людей. Если армия двинется к столице, мы должны знать об этом заранее.

– Как прикажете, – Гильермо вновь склонился в поклоне, пряча улыбку. Принцесса оказалась не так проста, как казалась. И, судя по отданным приказам, успела продумать последовательность действий.

– Эмилия, – в комнату вплыла женщина преклонных лет, – девочка моя, да как же так. Ох, горе-то какое… Да как же мы теперь…

– Няня, пожалуйста, подожди причитать, – попросила ее девушка чуть резче, чем позволяла себе до этого. – Не до того сейчас.

Женщина осеклась, только сейчас заметив главу стражи. Мужчина с трудом сдерживал улыбку. Слышала бы нянька распоряжения своей подопечной, никогда бы не поверила.