Эмоции оптом

Я пообещала соблюдать предельную осмотрительность, и на этом мы решили прервать разговор. До появления у кого-либо из нас новой информации.

– Когда ты приедешь ещё? – я уткнулась в отцовскую грудь, обнимая его в прихожей на прощание. У меня больше не было внутренних барьеров, заставляющих держать некоторую дистанцию. Хотелось успеть насладиться чувством защищённости, которое раньше возникало у меня только рядом с Грегом. А теперь отчасти похожее чувство дарило общение с отцом.

– Пока не могу сказать точно, – с грустью ответил Альберт, прижимая меня к себе и слегка покачивая из стороны в сторону, будто собирался убаюкать.

 – Ясно одно: часто навещать тебя не получится, это небезопасно для нас обоих. Связь будем держать через Олега.

Он поцеловал меня в макушку, а потом слегка отстранился, придерживая за плечи, и посмотрел прямо в глаза:

– Знаю, как нелегко тебе сейчас. Но помни: в этом мире всё ещё есть люди, которым важна ты сама и твоя судьба. Пусть это поддерживает тебя в ежедневной необходимости просыпаться и продолжать жить.

Я люблю тебя, дочь. Всем сердцем люблю.

Я снова прижалась к отцу, не в силах сдержать слёз.

Когда Альберт ушёл, и Олег закрыл за ним дверь, я поняла, что нужно снова выводить Рика на прогулку. Утренний променад закончился для него неприятно, но теперь он вёл себя так, словно ничего и не случилось, и активно крутился вокруг меня с поводком, настойчиво заглядывая в глаза. Олег тоже сразу всё понял.

– Пора выгулять Рика. Вечером у тебя клиент, – он всегда был в курсе моего расписания.

 – Хочешь, я сам пройдусь с собакой, чтобы ты немного пришла в себя?

– Нет, пойдём вместе. Мне, наоборот, надо на свежий воздух. На прогулке я легче отхожу от переживаний.

– Вот и ладненько. Тогда я быстро переоденусь, а вы тоже пока собирайтесь, – и Олег скрылся за дверью комнаты, которую Грег называл спортзалом, а я считала складом. Ведь помимо спортивного инвентаря для тренировок там хранилась уйма вещей, не поместившихся в другие комнаты.

И там же находился старенький узкий диван, на котором иногда спал Самсонов, когда оставался на ночь в трущобах.

Мы с Риком были уже полностью готовы, когда в прихожей показался Олег, переодетый в обычную одежду, характерную для эмпатов: плотные хлопковые штаны и пуловер с капюшоном. Теперь его невозможно было отличить от обычного жителя трущоб. В руках он сжимал тёплую куртку, а на плече болтался рюкзак, в котором Самсонов возил свою технику.