Паломничество Ланселота

Это вполне безобидная Церковь Эволюции, в нее в основном входят школьники. Ее членов еще зовут дарвинистами.

– Они что, в самом деле имеют какое-то отношение к Дарвину?

– Самое непосредственное: они до сих пор верят в теорию эволюции и убеждены, что человек произошел от обезьяны.

– Забавно. Ты никогда не задумывался, Апостасий, почему некоторые люди так упорно держатся за эту научную теорию, несмотря на то, что наука от нее давно отказалась?

– Отвечу вопросом на вопрос, мой Мессия: а тебе в твои молодые годы разве никогда не хотелось побыть шаловливой и безответственной обезьянкой? Шалить, блудить, драться за лакомства и никогда не стыдиться своих поступков?

– Я именно так и делал и ничуть не стыдился.

– А чего же стыдиться? Коли у нас с обезьянами общие предки, то все это совершенно в природе человека, не так ли? А потому мораль, культура, совесть, правопорядок – это все поверхностно, временно и держится лишь до тех пор, пока в них есть нужда. Осознать, что глубоко в нашей природе прячется блудливая, эгоцентричная и агрессивная обезьяна, – это так освобождает! А вот бедные христиане, например, верят, что они созданы по образу и подобию Божиему, и им, беднягам, приходится стараться этому соответствовать.

– И они соответствовали своей странной идее, как ты думаешь, святейшество?

– Иногда – да, чаще – нет, но ведь дело-то совсем не в этом, мой дорогой Мессия.

– А в чем же?

– А в том, что в глубине души каждый самый плохонький христианин верит, что пускай сам-то он не святой, но святость, то есть соответствие образу и подобию Божиему, меж людьми существовать должна и существует.

– Ты, Апостасий, говоришь о христианах в настоящем времени. Ты имеешь в виду Россию?

– Не только.

– На Планете тоже есть христиане?

– Да, мой Мессия.

– Где?

– В потаенных местах.

– Но ты же сказал, что на Планете не осталось сект, кроме дарвинистов!

– Увы, Мессия, христианство не секта, христианство – Церковь.

Папа Апостасий задумался, глядя в окно на зависшее внизу розовое облако. Потом он обернулся к Мессии.

– Но ты начал эту беседу вовсе не для того, чтобы выяснить положение с сектами, я прав?

– Совершенно верно. Мои продвинутые эзотерики недавно показали мне людей, молящихся с крестами и свечами в руках.

– Кресты не были перевернуты верхушками вниз?

– Нет.

– А какого цвета были свечи?

– Гм.