Благодарю за любовь

Но в банке он забыл предупредить, что не хочет получать никаких банковских писем на свой адрес, и это-то его и подвело. Почту всегда забирала из ящика Жанна: достав синий конверт со штемпелем банка, она машинально открыла его и увидела извещение на имя Виктора, гласившее, что на его счету девять тысяч.

Она показала извещение Виктору:

– Ты можешь объяснить, что это за деньги?

– Это мои деньги. Мне их подарил мой друг Артур.

– В честь чего это он делает такие подарки?

– А вот в честь нашей дружбы и делает.

– Этот тот самый Артур, которого ты иногда называешь Региной?

– Регина – это жена Артура. Я иногда разговариваю с ними обоими.

– Так дружба у вас втроем?

– Это что, допрос?

– Нет, простое любопытство.

– Могу его удовлетворить: у Артура с женой проблемы, а я, как старый друг обоих, пытаюсь им помочь.

– Ну-ну… – Жанна с непонятной полуулыбкой ушла от дальнейшего разговора. Виктор предложил ей погасить из этих денег долг за мебель, но она отказалась:

– Оставь на своем счету, кредит нас не торопит.

Давай лучше купим тебе хороший письменный стол.

Он кивнул и оставил все как есть.

А через несколько дней рано утром позвонила Регина, вся в слезах и соплях, наткнулась на Жанну и попросила позвать Виктора.

– Простите, а кто его спрашивает? – заволновалась Жанна, услышав в трубке сдавленный плач.

– А вам не все равно? Если он дома – позовите его, а нет – повесьте трубку!

Жанна молча положила трубку возле аппарата и позвала Виктора.

– Я перезвоню тебе попозже! – сказал поднятый с постели Виктор.

– Кто это звонил? – спросила Жанна.

– Жена Артура. У них опять скандал.

Жанна, казалось, поверила и на этот раз.

Подвела его, как всегда, небрежность. Он привез с собой все свои берлинские фотографии, не просматривая и не отбирая, просто сунул конверты из фотомастерской в чемодан. Но вот был куплен письменный стол, а Виктор все никак не мог собраться с духом и разместить в нем свои берлинские бумаги: все его бумажное хозяйство так и лежало в кладовке, в его старом чемодане, который Жанна мечтала выбросить.

Как-то, убираясь в тесной кладовке, она в очередной раз попыталась разместить на узком пространстве чемодан, пылесос, ведро и щетки, рассердилась, вытащила чемодан в коридор, раскрыла его и стала сама разбирать бумаги и рассовывать их по ящикам письменного стола.