Дом в соснах

Шесть

Майя проснулась с пронзительной головной болью и кислым привкусом во рту.

Сначала она не поняла, где находится. Луна светила сквозь щели в жалюзи, освещая комнату, которая выглядела так, словно принадлежала подростку. Плакаты Sonic Youth и «Бегущего по лезвию», комиксы на полках. Светящиеся в темноте звезды на потолке. Когда-то это была комната Дэна. События этого вечера стремительно возвращались. Ее вырвало. В день рождения Греты. У нее на глазах. Потом она двадцать минут простояла в ванной, слишком смущенная, чтобы вернуться к обеденному столу.

И решила сказать, что у нее грипп.

«Какая-то желудочная инфекция, надеюсь, не заразная», – проговорила она, глядя на Грету. И Майя, безусловно, выглядела достаточно больной – с ввалившимися глазами и бледной кожей. Она видела, как настороженность на лице Дэна сменилась беспокойством. Карл предложил имбирный эль для ее желудка, но по непроницаемому лицу Греты было невозможно понять, что думала она, всегда в первую очередь заботящаяся об интересах сына.

Майя не винила ее. Она почти хотела, чтобы Дэн не поверил ей, чтобы уличил в том, что она слишком много выпила. Но вместо этого он положил руку ей на лоб, проверяя, нет ли жара, затем принес воду и пепто-бисмол. Теперь он спал рядом с ней, и только звук его дыхания в темноте нарушал тишину в комнате.

Она обещала быть честной с ним. Теперь она должна была быть честна сама с собой. У нее никогда не было навязчивых идей, и чем дольше она обходилась без таблеток, тем яснее становилось, что она могла бы остановить Фрэнка.

Но она этого не сделала, и Кристина умерла. И теперь никакое количество выпивки не заставит Майю чувствовать себя нормально.

Если бы умерла она, Обри доказала бы, что Фрэнк убил ее. Правда заключалась в том, что она была умнее Майи. Возможно, она и не так усердно училась в школе, но Обри была проницательна не по годам. Большинство друзей, которых Майя завела позже, были вроде Венди – просто приятели, которые не очень хорошо ее знали.

Люди, которые ходили на одни и те же вечеринки, но с которыми она никогда не могла бы просто молча посидеть. Теперь, бросив пить, Майя почти не виделась с этими друзьями и в какой-то момент осознала, что она по ним не скучает.

Она скучала по Обри. Майе не хватало ее смеха. И она думала о подруге каждый раз, когда читала хорошее стихотворение и хотела с кем-нибудь поделиться им.