Одна осень одного королевства

 – Я привлекательная?

Уилл непонимающе глянул на неё – уж очень резкими были перепады настроения, но в этот миг ему показалось, что под маской безразличия и шутливой прямоты мелькнуло искреннее волнение.

– А как сама думаешь? – всё то же злорадство подталкивало что-нибудь съязвить, а воспитание требовало сказать правду. – Ты красивая, – выдавил из себя парень. – Даже слишком.

– Правда? – в её глазах вспыхнула неожиданная детская радость. – Ты вправду так считаешь?

– А тебе никто не говорил? – неловко попытался оправдаться Уилл.

– Матушка говорила, – призналась она. – Но это же матушка, для неё я всегда красивая, как и для дедушки… была. А так, честно говоря, ты первый юноша, с которым я разговариваю за… Последние пару лет. Поэтому решила, что нужно обязательно спросить, – на её щеках появился лёгкий румянец.

– У вас в деревне нет мужчин? – удивлённо поднял бровь Уилл.

– Есть, конечно, – Мари растерянно пожала плечами. – Мы с матушкой там редко бываем, да если бываем и то не долго. Проезжие у нас почти не останавливаются – дома не видно с дороги, а что он есть вообще, знают немногие.

– Поэтому ты такая дерзкая? – усмехнулся собеседник.

– Что? – удивилась она. – В каком это смысле?

– Обычно дамы млеют и краснеют в присутствии мужчин, разговаривать с ними так вообще невозможно – они всё прячутся за веера, жеманничают и флиртуют со всеми подряд. Крестьянки уж очень простые, боятся заводить разговор со знатными людьми, тут же кланяются в ножки и пытаются скрыться из виду.

– Но… Ты ведь сам попросил, – растерялась Мари.

– Ты говоришь прямо, не уходишь от ответа, смотришь в глаза, честно улыбаешься, честно сердишься – ты прямо как мужчина.

– Как?… – совсем растерялась она, невольно быстро окидывая взглядом своё длинное платье, прикрытое чистым белым передником. – То есть я…

– Нет, нет, – поспешил исправиться юноша. – Ты красивая девушка, но разговаривать с тобой легко, как с парнем.

– Это хорошо? – она недоверчиво нахмурилась.

– Наверное, – Уилл задумался. – Я, по правде говоря, ещё таких не встречал.

– Да? – в карих глазах снова заиграла радость. – Значит я ещё и особенная?

Юноша чуть не подавился последней ложкой супа от такой непосредственности.

– Ну, наверное, да, – усмехнулся он. – Немного странная вдобавок.

– Лучше быть странной, чем глупой, – вдруг серьёзно заключила Мари.

– Не спорю.