Новые похождения Санчика и Пухлика

И в ту же секунду "паучок", резво задвигав своими тонкими лапками, прытко побежал по бумаге. За ним, как следы на снегу, проступили слова, только что сказанные изобретателем.

– Ух, ты, как здорово! – восхитился Пухлик, рассматривая текст, написанный четким ровным подчерком. – А вот напиши-ка: "Тридцать три корабля лавировали, лавировали да не вылавировали", – быстро зачастил он.

"Паук" на секунду задумался и суетливо заметался по листу. На пятом слове его пишущие лапки не выдержали такого темпа и, запнувшись, зацепились одна о другую.

Побалансировав на одной конечности, "паучок" потерял равновесие и свалился на спинку. Раздался треск и из маленькой продолговатой коробочки сначала повалил дым, а затем полетели искры. Одна из них упав на бумагу, мгновенно превратилась в жгучий язык пламени. Увидев это, Хлопотливая минутка кинулась к окну, рядом с которым стоял стол, и настежь распахнула его.

– Что вы делаете? Нельзя! – встрепенувшись, закричал Водолейкин. Но было уже поздно. Раздутый залетевшим в комнату ветром огонь ярко запылал и, перекинувшись на легкие занавески, весело побежал по стене.

Что тут началось! Санчик и Пухлик бестолково метались по комнате, пытаясь найти хоть каплю воды. Два часа в окружении Минуток кинулся к выходу, крича: "Пожар! Пожар! Срочно эвакуируемся!".

Единственный, кто не растерялся в этой суматохе, был Водолейкин. Сорвав с дивана толстый плед, он подскочил к очагу бушующего пламени и набросил его сверху. Пламя под пледом испугано заметалось, но лишенное воздуха, стало задыхаться и быстро затухло.

Когда битва с огнем уже подходила к концу, в комнату влетел Два часа с полным ведром воды в руках. Не заметив деловито снующего по комнате пылесоса, он запнулся о него и, не удержав равновесия, плеснул ее прямехонько на последний верткий язык пламени, лижущий деревянную обшивку стены. Огонь недовольно зашипев, погас, оставив после себя лишь тоненькую струйку дыма.

– Ну, Водолейкин, какой вы молодец! Не растерялись! – восхищенно закричали друзья, подбегая к пожарному, удрученно рассматривающему опаленный огнем плед.

– Вы герой, герой! – восторженным хором пропели три Минутки, столпившиеся у входа в мастерскую с кувшинами воды в руках.

– Да никакой я не герой. Это же моя работа, – несколько ворчливо ответил доблестный Водолейкин. – А вообще-то я всегда мечтал потушить настоящий пожар, – немного смущенно признался он.

– Очевидно, мой "Пишущий паук" не может записывать быстро произнесенные слова.