Новые приключения Вельки и Ромки. Тайна магнита Миров

Легкая накидка оказалась на удивление теплой, и Ромка, закутавшись в нее по самые уши, бодро вышагивал по заснеженной дорожке. Редкие прохожие не обращали на необычное одеяние мальчика никакого внимания, поскольку сами были облачены в экстравагантные наряды, весьма далекие от классического представления о зимней одежде.

– Все, мы уже пришли, – порадовал Краблик, показывая лапкой на вывеску, раскачивающуюся под порывами ветра.

Табличка с названием была практически вся занесена снегом. Сквозь него проступали едва различимые очертания двух мужчин, очевидно, и являющимися теми самыми Мыслителями, в честь которых трактир получил свое название.

«Серьезный дяденька», – уважительно подумал Ромка, входя в придерживаемую Тенем дверь, из которой веяло спасительным теплом.

– Это очень уютный трактир, – тем временем рассказывал канюк. – Сейчас там наверняка никого нет, народ соберется только к вечеру.

Краблик оказался прав. За исключением одного посетителя и официанта, хлопотавшего за стойкой бара, в трактире никого не было. Это заведение очень напомнило Ромке библиотеку. Так же, как и в школьной читальне, здесь царила тишина, а на столах возвышались стопки книг. Вот только вместо щуплого библиотекаря за стойкой бара стоял высоченный официант, увлеченно натирающий и без того блестящий бок кофейника.

– Краблик, Тень! Кого я вижу! – вдруг радостно воскликнул официант, стукнув от избытка чувств ладонью по стойке.

Ребята, не ожидавшие такого радушного приема, вздрогнули от неожиданности, а сидящий за столиком молодой человек – единственный посетитель трактира – поднял глаза от своей книги и укоризненно посмотрел на несдержанного официанта.

– Клянусь сразу двумя Мыслителями, да это же Ромка и Велька! – отставив в сторону кофейник, всплеснул руками верзила, в котором Ромка и Велька узнали Фокуса – хозяина гостиницы «Мировая лежанка».

Именно в ней останавливались брат и сестра во время первого знакомства с Перекрестком Миров и, как уже потом стало ясно ребятам, только по счастливой случайности им удалось избежать судьбы Гордениуса Амадеуса, лежащего сейчас в больнице с пищевым отравлением. Кулинария была маленькой слабостью большого, добродушного бахранца.