Я Госпожа Громова

Как долго можно лежать в одном положении?

– Что-то не так,– произнес, вскакивая со стула, и быстрым шагом направился к комнате.

Три минуты и я у цели. Стучу. Молчание. Стучу сильнее, дверь ходит ходуном, и опять тишина. Смотрю опять видео, и одновременно колочу в дверь. Шум стоит знатный, и тут хоть вздрогнуть должна, но нет. Лежит так же не подвижно.

Люк взволнованно смотрит на меня. Кажется, и он понял, что у нас проблемы.

Дверь снес с одного удара ноги. Малышка даже не дернулась, когда дверь упала около дивана, на котором она спала.

– Мила!– закричал, садясь рядом с ней на пол. Лежит, дышит, но не двигается.

Стаскиваю покрывало и ощущаю жар, а так же замечаю, что одежда на девушке мокрая. Прикладываю ладонь к бледному личику, и ругаюсь. Милена не просто горела, она пылала!

– Врача, срочно!– отдаю приказ, а потом пытаюсь растормошить малышку.

– Родная, ну же, открой глаза! – прошу, садясь рядышком на постель, и пытаясь приподнять её.

Облегченно вздыхаю, когда слышу её недовольное мычание.

– Гроооооооооомов, уходииииииии,– бормочет, и начинает вяло, но двигаться. Севший голос мне очень не нравится. Видно, это из-за вчерашней истерики. Посадила, пока кричала.

– Милена, где и что болит? – задаю вопросы, и пугаюсь того, что я не знаю, как помочь. Ран нет, цела, но почему она такая горячая?

Тут из ванной выбегает Люк с мокрым полотенцем и передает его мне.

– Мила, скажи, где болит, чем помочь?– не унимаюсь, замечаю, как её сознание уплывает.– Мила, Мила, будь со мной. Открой глазки. Посмотри на меня. Что болит?

– Какая тебе разница!– отвечает гневно и начинает кашлять.

– Борис Викторович, она вчера промокла под дождем. Насколько знаю, на работе лекарства не пила, а потом дома…– быстро произносит Александр, с волнением поглядывая на слабую девушку.

– Понятно,– прорычал, а потом прижал малышку к груди. Ворчит, вырывается, но я не могу разжать объятья, ведь ей плохо из-за меня. Не поругайся мы, все могло быть не так плохо.

– Скорее врача, и еще полотенец. Надо хоть на немного сбить температуру. Можно и лекарства, но я не знаю, что ей можно после лечения,– Милена опять уснула или отключилась, а я так и не выпустил её из рук.