Сизый

Глаза девушки становились всё более влажными и уже сквозь радугу слёз она посмотрела на входящую Анастасию. Мишель шмыгнула носом и отложила карточку.

– Я не помешаю? – Анастасия неуверенно присела рядом.

– Ничуть, – Мишель попыталась улыбнуться.

– Понимаю, – с грустью произнесла Анастасия, – мне тоже немного грустно. Но теперь мы так далеко от дома и возвращаться уже поздно. Нас ждёт другая планета, и может даже, не одна. И другой мир.

Тут её взгляд упал на фотографию и грусть сменилась сочувствием.

– Может, не стоило покидать его?

– Думаю, это к лучшему. Мы такие разные! – Мишель убрала фотографию.

– Всё уладится, – Анастасия ласково притронулась к руке Мишель. – И только нужно время. А у вас его теперь предостаточно.

– Да, время… – как эхо повторила Мишель и Анастасия поняла, что наговорила лишнего.

– Возьми себя в руки. Всё пройдёт, ничего уже не изменить, – успокоительно заговорила она.

Девушка вздохнула, но улыбнулась, искренней, не натянутой улыбкой.

– Он такой замечательный, – задумчиво протянула Мишель, – его зовут Франц, и он ужасный материалист. Я пыталась смириться с этим, так как люблю… любила его, но ничего из этого не вышло. И вот… Я здесь. Когда-нибудь это всё равно закончилось бы чем-то подобным.

– Давай посмотрим на жизнь с оптимизмом! Нас ждёт удивительное будущее! – поддержала девушку Анастасия.

Когда Мишель успокоилась, Анастасия вернулась к себе. В задумчивости, она вошла в полутёмную каюту, набрала период сна и легла в термоблок.

Она бежала. От неведомого, неизвестного… Волнами накатывала неясная тревога и волнение. Потом всё погрузилось в темноту и пришло удивительное спокойствие. Анастасия шла по длинному тёмному коридору. Впереди показалось туманное облако, в котором вырисовывалась мужская фигура. Белая пелена заполнила пространство вокруг девушки, завороженно смотревшей в глаза незнакомцу.

Сигнал термоблока пробудил Анастасию ото сна. Доли секунды она вспоминала сон и, с ощущением чего-то прекрасного, вступила в новый космический день.

* * *

Скидывая остатки сна, Анастасия вошла на капитанский мостик. Ник клевал носом, Рамир уныло зрел перед собой в пустоту, временами сверяясь с показаниями приборов.