Ложь во спасение

– Это я, – отвечаю осипшим голосом.

– Знаю, что ты. В общем, Светлана, давай ты сэкономишь наше и свое время. Я задаю вопросы, ты отвечаешь честно без утайки, и мы быстренько все заканчиваем, – передо мной кидают папку, и я вздрагиваю, а мужчина пристально смотрит в мои глаза.

Страшный, я даже отсюда чувствую его негатив и силу.

– Конечно, задавайте вопросы, – а какой у меня есть выбор?

– Отлично! Итак, вы работаете в фирме «Первый советник» пять лет?

– Да.

– Помощницей Эдуарда Николаевича стали три года назад?

– Нет, почти четыре года, до этого я помогла брату.

– Верно, – неожиданно усмехнулся он, глядя в свои бумажки. Это меня так проверяют на правду?

– Скажите, зачем вы отдали дело Эдуарду Николаевичу?

– Я не отдавала, – отвечаю честно и сжимаю пальцы в кулак.

– Но по документам вы сами подписали передачу прав.

– Да, подписала, как и все другие невезучие люди и оборотни, появившиеся на пути Эдуарда, – с кислой усмешкой сообщаю, и лицо мужчины меняется.

– Хорошо, расскажите, что произошло?

– Если честно, я смутно помню, что тогда было. Я была убита горем от смерти брата, похороны и все такое, сама не поняла, как мне подсунули какие-то бумаги, и я их подписала. Что я сделала, поняла лишь через месяц.

– Понятно, – и мужчина делает какие-то пометки в записях.

– Скажите, вы знали о том, что Эдуард с помощью дара обманывает людей?

А вот и главный вопрос, и я не собиралась юлить.

– Знала.

– И ничего никому не сказали, почему?

– Я пыталась сбежать, пару раз. Хотела откреститься от всего этого. Как видите, не вышло.

– Почему не получилось? Плохо пытались?

– Глупая была. Думала, бежать надо только от Эдуарда, в то время как за мной присматривал его брат Кирилл. Он какой-то бандит, вот его люди всегда меня и находили. Засовывали в багажник и привозили обратно к начальству. Поверьте, я получила сполна, – шепчу, обхватывая себя руками.

– Вас били, пытали? Насиловали? – без какой-либо насмешки валил меня вопросами оборотень. И все точно попадали в цель.

Молчу, так как больно об этом даже вспоминать.

– Светлана, я и так по лицу вижу, что было многое, но вы должны сказать это вслух. У нас ведётся запись, и по ней уже будут предъявлены обвинения. В ваших и моих интересах засадить этого подонка надолго, ведь так?

Киваю, так как он прав.

– Поэтому прошу, ответьте, что было?

– Все было.