Давай разведёмся

Оглядываюсь, ища место, чтобы спрятаться, а то руки уже начали подмерзать, а парень белеет на глазах. И, как назло, ничего нет. Одни стены и небольшие кустики. Хотя есть один вариант, но как не хочется. Место для мусорных баков как раз находилось под крышей. Смотрю на парня, которому все равно где умирать и быстро принимаю решение.

– Так, а ну помоги мне, – говорю торопливо и поднимаюсь. Подхватываю парня под руки и что есть силы волоку в сторону мусорки. Это дело дается тяжело, так как я гуляла в босоножках и в платье.

– Точно, отличное место, чтобы сдохнуть. Молодец, убрала мусор с улицы, – ерничает он, но я, сжав зубы, тащу его под небольшой козырек. Если шутит, значит жить будет. По крайне мере, я в это верю.

– Знаешь, если ты сам считаешь, что это твое идеально место, то хоть помоги, чего я одна тебя тащу? – прорычала и все же дотащила.

Красавчик падает, как подкошенный, и я с трудом прислоняю его к стенке. Холодно, темно, даже жутковато, но я остаюсь рядом и опять зажимаю раны.

– Потерпи еще немного, скорая в пути.

– Мне все равно, – отвечает с ленцой, и я решаю, что так больше нельзя.

От злости на то, как можно не любить свою жизнь, дарю ему пощечину. Парень дергается и в шоке смотрит на меня.

– Обалдела, ты что творишь! – наконец-то, хоть какие-то эмоции. Повторим!

Еще одна пощечина, и в его глазах загорается гнев. Отлично!

– Да ты знаешь, что я с тобой сделаю?!

– Что? Ты, кажется, помирать собрался, или уже передумал? – усмехаюсь, наблюдая его растерянность.

– Слушай, я не знаю, что у тебя произошло, но уверена, выход есть. Почему ты не любишь жизнь? Ты ведь еще так молод! Вот сколько тебе, двадцать два?

– Двадцать пять!

– Хорошо, пусть так. Вот что ты в своей жизни видел и что сделал? Небось только и делал, что просил деньги у отца, а из умений – их трата. Лентяй и зазнайка, вот кто ты. Кусок ничтожества, который жалеет сам себя. – Да, говорю жестоко, но по-другому этого зажравшегося сноба не расшевелить.

– Эй, полегче! – возмущается, но я вижу в его глазах заинтересованность. Неужели я первая, кто ему это говорит?

– Что, правда глаза колет? Ты толком ничего не умеешь, а уже считаешь, что жизнь кончена. Возможно, ты повидал города, перепробовал кучу развлечений, но разве этого достаточно? А слабо отказаться от денег отца и стать лучше? Пусть у тебя просят, а не ты!

– Я третий в семье, мне не светит бизнес отца.