Долина засыхающих трав

***

«„Что случилось?“» Да собственно ничего. Просто получилось так, что стали друг другу чужими. Со временем ему надоело играть в семью и он стал все больше уходить в себя и комп. Как не пыталась вернуть всё обратно, но только вспять не повернуть ничего: ни время, ни желания, ни мечты.

Как-то хотела сделать сюрприз, да только оказалось так, что он не был по сути нужен и получилось то, что сидела со своим сюрпризом и плакала. В момент ссор он уезжал куда-то отдыхать, мотивируя тем, что в ссоре, а когда мирились всё равно ехал – потому что не было у него денег для двоих.

А потом была сказка – хотелось ему, чтобы работала, а он просто сидел за компом и писал свои статьи, умнел. Думка была его не богатая и ему всегда приходилось как-то пытаться работать.

Иногда пробовала его вывести на уровень «неленивый», да, с помощью истерик и плача. После этого он пошел работать, но стала в не в угоду ему. Даже интим пришлось исключить из рациона, потому что «сегодня не хотелось», «трудный день» и т.

А как, скажите, здоровенный детина может спокойно прожить без секса длительное время с при-увлекательной особой (своей, с обалденной фигурой, о которой только мечтали и мужчины, и женщины), когда у его второй половинки рвалась крыша и взрывалось всё внутри. Трудно теперь вспоминать, временами кажется, что этого не было или было с кем-то другим.

Как-то по сценарию жизнь проходила – не понятно лишь: кто его написал – она, или он – это уже не важно. Суть – хорошо спелись в нём. Теперь только боль: так долго хотела всё вернуть и сделать лучше, – а результатом лишь стала эта поездка.

Синяки постоянно выступали на теле сами собой, потом где-то вычитала, что это – чувство вины за что—то и тупо самобичевание.

Горько. Так хотелось много ему сказать, а когда говорила – получала лишь то, что «всё усложняла».

А когда он звонил и всем рассказывал: какая она плохая, – это убивало наповал. Иногда залазила в телефон, да грешна, но делала и такое. Там читала о себе то, что он писал своим друзьям. После этого совсем не хотелось общаться с его абонентами, для кого стала фурией, а он – бедненький-несчастненький, которому уготована такая тяжкая миссия.