Очень страшные дела

Ну, я пойду, да?

Лицо девчонки не выражало никаких эмоций.

– Слушай, – подумалось вдруг Андрею. – Варя… А может, ты скажешь своим… ну…собратьям, чтоб они больше ко мне не приходили?

Девчонка резко встала. Вид у неё, как показалось Андрею, стал угрожающим. Выскакивая на улицу, он крикнул:

– А если придут, я их прогоню! У меня уже почти всё готово. Не боюсь я твоего безглазого братца.

Пока он шагал к кладбищу, адреналин кипел в крови. Казалось, попадись ему призрак мальчика с мячом, девчонки со скакалкой или тот ползающий карапуз, он бы не испугался, молниеносно расправился с ними.

Через несколько минут влажный ночной воздух охладил его пыл, за каждым деревом начали мерещиться узловатые фигуры.

Старые тополя у входа на Старое кладбище встретили ночного гостя возмущенным шелестом листвы.

По разбитой дороге Андрей прошёл вглубь кладбища. С фотографий на старых покосившихся крестах на него смотрели те, кого давно не было на свете.

Как только дорожка стала раздваиваться, он остановился и выдохнул.

***

Что-то потревожило сон Пожирателя Воспоминаний. Он тяжело заворчал и приоткрыл глаза. Обычная ночь, коих было бесчисленное множество в его долгой жизни. Сверчки, слабый ветер, перешептывание деревьев.

– Грум, грум, – кряхтел побеспокоенный гравий, и Пожиратель Воспоминаний, наконец, сообразил – живая душа. На старом кладбище появилась живая душа!

Потянув носом, он с неописуемым наслаждением ощутил запах страха, трепет поджилок, звук стучащих зубов.

Неподалёку был всего лишь жалкий мальчишка, живой и здоровый, но он нёс яркие воспоминания о тех, кто был так нужен Пожирателю Воспоминаний. Он вдохнул глубже и услышал детские крики. Как громко… Они орут, беснуются, плачут. Как их много, как хорошо…

– Пить, я хочу пить! – закатывался один.

– Поиграй со мной, – плаксиво требовал другой голос.

–– Мама заплела мне косички, – прорвался тоненький девичий голосок.

Пожиратель Воспоминаний жадно впитывал эти крики, эту долгожданную пищу, но её было явно не достаточно.

***

Андрей достал из кармана мятый листок и дрожащим голосом начал читать заговор. Луна светила слишком тускло, буквы расплывались, и Андрей постоянно путался в словах. Кладбищенские деревья шипели, переговариваясь. Совсем некстати вспомнился призрак мальчика с мячом, и никак не выходил из головы.

– Поиграй со мной! – зазвучало в ушах.