Бьянколелла. Вино любви

Сквозь пелену слез она наблюдала, как растерянная и охваченная паникой Мария помогает кучеру уложить в карету нехитрый багаж.

Бьянке казалось, что она спит и видит какой-то бесконечный жуткий сон, который туманит ее разум и отбирает последние жизненные силы. Сон начался еще ночью, когда она впервые увидела перед собой этого ужасного человека, излучающего ауру мрачной властности и дикой, необузданной силы.

Муж и свекор – самые кошмарные люди, которых ей только довелось увидеть за свою недолгую жизнь. И эти люди – теперь ее новые родственники.

Ей придется отныне жить с ними бок о бок, видеться изо дня в день, терпеть их жесткость, властность, высокомерие и грубость. Выполнять их требования, сносить высказанные и невысказанные насмешки.

«Боже! За какие грехи ты так наказал меня? За что послал столь суровое испытание?» – от этих мыслей Бьянка готова была вновь потерять сознание, но карета дернулась, встряхнув ее с силой, и юная графиня, склонив голову на плечо верной служанки, с фатальной обреченностью отправилась в новую и, по всей видимости, абсолютно безрадостную замужнюю жизнь.

Глава 9

Граф Массимо Адалберто ди Бароцци стоял в это время у окна спальни и затуманенным взглядом провожал выезжавшую из ворот замка карету. В этом экипаже его навсегда покидала неожиданно появившаяся в его одинокой жизни и впервые представшая перед ним родная дочь. «Вот уж воистину верна поговорка: случается нередко и такое, чего ты никак не ждешь!»[44 - Accade spesso quello che non ci si aspetta (итальянская поговорка).

] – подумал он.

Когда карета скрылась из виду, старый граф, с трудом проглотив подкатывающий к горлу ком, тяжелой, шаркающей походкой подошел к высокому старинному креслу и бессильно упал в него.

Сколько пустых, безликих дней и гнетущих бессонных ночей провел он в этом кресле, оглядываясь назад и оценивая беспристрастным взглядом прожитую жизнь! Казалось бы, должен был гордиться ею: на его счету было много воинских подвигов и прочих славных побед.

Имя Массимо Адалберто ди Бароцци золотыми буквами вписано в историю Неаполитанского королевства. Предки, безусловно, могли бы быть довольны им: он стал достойным наследником могущественного рода.

Именно наследником, но не продолжателем. На нем кровная линия династии должна была исчерпаться. И хотя на его долю выпала редкая удача – пережить два глубоких и страстных увлечения – фортуна так и не позволила обзавестись хотя бы одним законным кровным наследником.