Арабелла. Музыка любви

Альфредо сдавил указательным и большим пальцами глаза к переносице. Этот жест стал привычным для него в последние годы. Он выражал крайнюю степень усталости и какой-то обреченности.

В дверь комнаты тихо постучали.

– Войдите, – отозвался на стук Моразини.

В дверном проеме показалось лицо всё той же смугленькой служанки с озорным блеском в глазах.

– Ваше сиятельство, вам что-нибудь еще нужно? Может быть, добавить горячей воды?

– Нет, не надо. Подкинь мне лучше полотенце.

Девушка взяла со скамьи стопку полотенец и положила их на бортик ванны.

– Что-нибудь еще, мессир?

– Нет, ничего не нужно. Хотя постой. Позови-ка моего камердинера Паскуале. Пусть поможет мне одеться.

– Сию минуту, мессир.

Служанка присела в книксене и, бросив на мужчину беглый оценивающий взгляд, удалилась из комнаты.

Моразини провел мокрой рукой по лицу, как будто пытался смыть с него все мысли: «Всё, хватит думать об этой странной девушке! Надо вылезать из ванны и готовиться к разговору с братом».

Он обязан во что бы то ни стало отговорить мальчишку от необдуманного шага! Витторе не должен наделать глупостей. Иначе наломает тех же дров, что и он в свое время. Его долг как старшего – предостеречь брата от этой ошибки! А то, что женитьба на непонятной девушке с потерей памяти – ошибка, у него не было никаких сомнений. И это не просто предчувствие, предощущение, предвидение. Это, скорее, предзнание, предопределенность.

В этом вопросе он не станет торопиться. Ведь, как говаривали его друзья по дипломатической службе, выигрывает тот, кто идет медленно и уверенно[50 - Chi va piano, va sano e va lontano (итальянская поговорка).

* * *

Приведя себя после ванны в порядок, Альфредо направился в гостиную, где условился встретиться с братом. Моразини шел по знакомым коридорам, и в его душе одно за другим всплывали ностальгические воспоминания.

Когда-то эта вилла была любимым местом отдыха всей семьи. Здесь прошли его детские и юношеские годы. Здесь в семилетнем возрасте он чуть не умер от скарлатины.

Ее окно выходило на конюшенный двор. Как только ему стало лучше, он дни напролет следил за тамошней жизнью. В ту пору сразу у двух кобыл породы мургезе[51 - Мурге?зе (итал. murgese) – порода лошадей, возникшая Му?рге, в Апу?лии (юг Италии), во время испанского правления примерно в XIV–XV веках.] появилось по жеребенку.