Управлять дворцом не просто

– Да принесите же льда! – накинулся министр на лакеев.

– Ой, ой, – прижал руки ко рту кругленький сэр Мэлори. Казалось, что именно он больше всех впечатлился происшедшим.

– Вот, возьмите, пока лад к глазу приложите, – протянула я свахе холодную серебряную монетку. – Может, мы гостей и без вас встретим, а, леди Карпила?

Вот тут сваха пришла в себя:

– Ни за что! – Она демонстративно выхватила у меня монетку и приложила к уже начавшему заплывать глазу с таким видом, будто я только что посягнула на ее святую должность.

– Да я же не в этом смысле! – Попытка оправдаться была тщетной.

– Знаю вас, молодых да незамужних, – проворчала сваха.

В этот момент на парадной дороге к замку появилась процессия… из белых верблюдов. Наша компания резко замолчала и во все глаза уставилась на гостей, сэр Мэлори и вовсе стоял с открытым ртом. Мне удалось опомниться первой, так как в моем мозгу вдруг всплыла страшная мысль.

– Как мы будем размещать все это стадо? – пробормотала я растерянно и тут же повернулась к лакею. – Найди старшего конюха и приведи сюда, быстро.

Старшего конюха искать не понадобилось, потому что он с несколькими своими подчиненными, как оказалось, уже давно ошивался около парадного входа. Этот трогательный квартет с трепетом ожидал сабакское посольство, потому что сабакские скакуны считались лучшими в мире. Появление каравана белых верблюдов нанесло такой мощный удар по психике конюхов, что я еще минут пять не могла добиться от них, есть ли у нас место для этих чудных животных и знают ли они, конюхи, как с ними обращаться.

– Ну… того… маленький загончик мы им найдем. Негоже с лошадьми держать-то, – наконец получила я ответ и вздохнула с облегчением. Главный конюх человек хоть и со странностями (к которым, в частности, можно отнести излишнее верноподданническое рвение и титулопоклонство), но думаю, что животных не уморит.

Церемониймейстер не без некоторой дрожи в коленях выдвинулся вперед, готовясь исполнить возложенную на него должностью роль. Министр иностранных дел нервно теребил руками дырку на камзоле, оставленную отлетевшей пуговицей, и безуспешно пытался втянуть живот. Сваха светила радушной улыбкой и уже налившимся фингалом под глазом.