Управлять дворцом не просто

– Доложите, что церемониймейстер и управляющий дворцом прибыли по делу к королю, – неуклюже, но зато официально заявил колобок одному из стражников перед дверью.

Не говоря ни слова, страж скрылся в покоях, и почти тут же мы услышали голос монарха:

– Пустить.

«Что-то как-то уж больно много радости в этом голосе!» – подозрительно подумала я. Сомневаюсь, что наши персоны могут вызывать такой восторг без всякой причины.

Как оказалось, причин было целых две. Первая – излишне волосатая, странно одетая и сладкоречивая – звалась министром иностранных дел.

– Сэр Мэлори, леди Николетта, я скоро освобожусь. – Монарх многозначительно глянул на своих мучителей. – Присядьте пока.

Мы послушно сели, словно дрессированные собачки. К счастью, обстоятельства не позволяли сэру Мэлори продолжать свою трескотню, поэтому я имела возможность немного поскучать и прислушаться к разговору, который, видимо, длился уже не первый час, да и не первый день.

– Принцесса Анит из Либерии, – лорд Дансэн настойчиво совал под нос королю портрет какой-то девицы, – достаточно выгодная партия: таким образом мы сможем поправить нашу торговлю. А потом, кто знает, ее старший брат, наследник престола, – хилый тщедушный человек, случись чего, больше, кроме Анит, наследников трона нет.

– Да вы, ваше величество, только посмотрите, какая девушка, – вторила министру сваха. – Сразу видно: крепкая, здоровая – продолжение рода вам обеспечено. Да и сильная – мне доложили, что принцесса Анит интересуется кузнечным делом, сама объезжает лошадей и очень любит охоту.

Я даже слегка приподнялась, чтобы иметь возможность полюбоваться на эту чудо-девицу. На портрете была изображена крупная девушка с румянцем во всю щеку, смоляными бровями вразлет и очень большим размером груди.

– Что-то мне не хочется, чтобы моя будущая жена занималась кузнечным делом, – словно озвучил мои сомнения монарх.

– А вы не жену выбираете, а королеву, – остановиться вовремя мне не удалось, – ой!

Все посмотрели на меня неодобрительно. Я закрыла рот и села, стараясь казаться как можно меньше. Ну и кто тянул меня за язык? Мне не сказали ни слова, наверное, уж больно пристыженный вид у меня был. Уж что-что, а изобразить раскаяние я умею. Именно изобразить.